Терадорн

– Это точно, – он положил руки на грудь и осмотрел чистую комнату, в которой кроме двух кроватей и одного шкафа для вещей больше ничего не стояло, если не считать высокого напольного подсвечника в центре комнаты.

– Тигал, ты не договорил тогда, – вдруг вспомнил Медот. – Ты рассказывал про нашу планету, помнишь?

– Неужели ты не видел хотя бы рисунков?! – удивился Тигал. – У нас же многие художники рисуют её. И карты везде продаются.

– А где бы я их увидел?! – Медоту стало неловко. – Я же всю жизнь в доме гайта прожил, работал на него.

Тот дом за рекой стоял, далеко от главных улиц. Он меня только на малый рынок отпускал и в кузницу. А там художников никаких не водилось, только актёры бродячие. – Он призадумался. – Да мне тогда и неинтересно было.

– Так ты даже не знаешь, что есть второе полушарие?

– Нет, ну… про Жёлтое Полушарие я знаю. Я слышал, как о нём говорил мой хозяин с каким-то гайтом, – зашептал Медот. – Я так понял, что оно далеко от нас находится, и нас с ним раньше мосты соединяли, и там вроде люди были.

– Да, на Жёлтом Полушарии испокон веков жили песочные люди, – Тигал вспомнил редкую книгу по истории Терадорна, которую он выкрал из библиотеки и ночами читал в своей комнате. – И когда-то наша планета была единым целым.

– Шутишь? Тогда как она разделилась?

– Медот, ты что, совсем дурак? Вообще истории не знаешь? – спросил Тигал раздражённо.

– Откуда мне её знать?! – огрызнулся Медот. – Я читать не умею, говорил же; а болтать с другой прислугой смысла не было – они не больше меня знали.

Тигал лёг на бок, лицом к Медоту, приподнял голову и подпёр её рукой.

– Поэтому сбежал и записался в королевскую армию, – продолжил Медот. – Чтоб хоть как-то свою жизнь изменить. Вот только не знал, что меня потащат за Границу. Я вообще-то крестик на договоре поставил, – важно сообщил он, вытянув указательный палец, – что за Стену отказываюсь ездить. Я в караул записался, а они приказали короля сопровождать непонятно куда – мол, приказ срочно поступил.

Ладно, – произнёс он хрипло. – Кому теперь всё это надо… неважно уже.

Медот замолчал. Он уставился на лоскутное одеяло и зачесал своё оттопыренное ухо. Закрыв глаза, он расслабился и решил подремать, но понял, что не хочет спать, хоть всё тело и ныло от усталости. Медот открыл глаза и посмотрел на свои пальцы ног – короткие, широкие и бледные. Он зашевелил ими, прижал стопу к стопе и почувствовал, что они ещё не успели согреться.