Терадорн

Ведь в законах Гайтигонта чётко прописано, что брат может убить брата, а отец своего наследника, если второй возжелает уничтожить то, что так кропотливо строилось четыре эпохи подряд.

«Незыблемость королевства – всё!

Человеческая жизнь – ничто!

Так как человека не станет,

А стены будут стоять там,

Где их впервые возвели!»

– так гласила надпись на Книге Законов Гайтигонта. И большинство этих законов Зарга весьма устраивали.

Позади короля шли Эсигот и Торий. Эсигот украдкой посматривал на друга.

Он знал, что сердце Тория разбито вдвойне, но даже не представлял, какой бардак творится в его мыслях. Торий всё прокручивал в голове разговор с отцом и с ужасом рисовал в своём воображении казнь принцессы. «Лучше бы я не видел ту пропасть. И она стояла там, на чёрном краю, одна, маленькая, беспомощная…», – Торий пытался отогнать эти мысли, но они упорно лезли в его голову.

Замыкали процессию родственники короля и королевы, успевшие прибыть к похоронам, и королевские советники со своими семьями.

– Ваше мнение, гайт Юзар, – тихо попросил управляющий западной частью Гайтигонта.

– По поводу, гайт Зикс? – прошептал устало Юзар.

– Думаете, многое измениться после похорон?

– Ну, знаете ли, гайт Зикс, королеву хоть и любили, однако властью особой она не обладала. Жила на своём месте, под королём, но ни в чём не нуждалась.

– Согласен с вами, гайт Юзар, – Зикс закивал. – А если иметь в виду не её уход?

– Побойтесь Белого Мира, – Юзар взволнованно посмотрел по сторонам.

 – Нас могут услышать. Не место и не время обсуждать казнь.

– А что с казнью? – вмешался Вальсарий, шагающий позади них. – Что там обсуждать, уважаемые гайты?

Пока его грузная супруга перешёптывалась о чём-то с пухлогубой сестрой Сирия, Вальсарий всё это время подслушивал разговор Зикса и Юзара.

– Казнь, как казнь, вы не находите? – Вальсарий подошёл ближе и втиснулся между ними, бойко растолкав их своими толстыми плечами. – Разве король неправильно поступил? – Он в ожидании ответа посматривал то на Зикса, то на Юзара.

– Король не может поступить неправильно, гайт Вальсарий, – отрезал Юзар и уверенно посмотрел Вальсарию в глаза.

– Какой вы искренний человек, гайт Юзар! – не без иронии произнёс Вальсарий. – Вы знаете, я всегда считал, что человек должен не только высказываться правильно, но и быть согласным со своими высказываниями – быть порядочным на язык, так сказать.

– Неудачная попытка, – вмешался Зикс.