Русский человек войны

Мне было уже далеко не двенадцать лет.

Лейтенант в госпиталь на две недели переселился. Превентивно, конечно же. Я умудрился его ещё и камнем по голове отоварить. Скандал был тогда страшенный! Ткаченко еле замял, но лейтенант не настаивал на продолжении удивительной для него истории. До меня он успел получить по роже ещё и от моей мамы, а потом и мы с бутылкой и булыжником подключились. Нашел кого клеить, клоун. Да ещё и у окружной заставы, где нас все знают.

Правда, я так реагировал только в том случае, если доставали мою маму и собеседник был в головном уборе.

Залётчик был в панаме, а лейтенант вообще в фасонистой фуражке.

Чуть позже я освоил удар кулаком по яйцам. На окружной заставе служил хороший рукопашник, капитан Семёнов. Приёмы он мне ставил с учётом моего возраста, да и с моей мамой капитан подружился. Вернее, она с ним. Курортный роман. Что поделать? Я маму не осуждал: отца у меня никогда не было, поэтому довольны были все трое.

– Ты давно приехал? – Залётчик решил не заострять.

Ну и правильно, а то может опять кулаком по яйцам получить.

Это мой любимый приём после удара бутылкой по голове.

– Четыре дня уже. А это что за салага?

И, взявшись за так и наставленный мне в лицо ствол автомата, громко, как в микрофон сказал сержанту:

– Убери автомат, ишак! Я же знаю, что у тебя патроны только холостые и две сигнальные ракеты красного цвета. Вы здесь с Залётчиком вместо пугала, чтобы местные к детям не лезли. Надо сказать замполиту, чтобы вам с Залётчиком ещё и деревянные штык-ножи выдали для полного комплекта к двум деревянным солдатикам.

Отпустил ствол я только после того, как договорил всю фразу. Сержант отшатнулся назад, торопливо отступая и вешая автомат на плечо.

– Да ладно тебе, Талисман. Ты чего злобный такой сегодня? Из училища выгнали, что ли? – Подколол так подколол.

Ответил честно, не обращая внимания на так и не уходящих пионеров:

– Замёрз, как лысая собака на морозе. За термоклином у шестого меляка вода холодная, как в декабре.

Плавал туда зря. Думал, на глубине успокоилось уже, а вода всё равно мутная.

Четыре дня здесь, а шторм всё не утихает. Никогда такого не было. Шторм в несколько дней в июле – несусветная редкость. Даже дед такого не помнит.

Меня опять передёрнуло от холода. Солнце печёт, а согреться всё никак не могу. Ветер. Надо в песок закапываться.

– Так отогрелся бы на меляке, ноги размял. Ты вон как лихо на волнах катаешься. Там согреться не мог?

Смешной этот Залётчик.