Герцог Бекингем

Долговязый, являвшийся капитаном голландского судна, приблизившись, окинул взором напыщенных вельмож, только сейчас прибывших из Лондона, не разобравшись, кто из них герцог, сняв шляпу, неуклюже поклонился и на вполне сносном английском произнес нечто подобное:

– Прошу Вашу Светлость не отказать доставить честь, подняться на борт «Lam».

Голландец, явно путался в словах, совершенно напрасно пытался воспроизвести фразу, хоть сколько-нибудь претендующую на любезность. Явно неудовлетворенный ни обществом, ни тем, что происходит в этой «пропахшей сельдью яме», Бекингем соизволил откликнуться на приглашение капитана и, постукивая о булыжник изысканной тростью, направился за Монтегю, возглавившим шествие.

Оказавшись в приготовленной для вельможи каюте на борту «Lam» наедине с лордом, Бекингем, недовольство которого переросло в ярость, с неприкрытой грубостью обратился к Монтегю: – Вам не кажется, друг мой Уолтер, что пришло время объяснить мне, кто все эти люди, и, что здесь, чёрт возьми, происходит?! Вы заставили меня прибыть в Дувр в карете с гербами, ряженного, словно паяц из труппы чертовых «слуг Стрэнджа»,[1 - В Англии, театральные труппы, в то время, назывались – «слуги лорда-адмирала», «слуги лорда Стрэнджа», «слуги графа Пемброка».

] которого невозможно не заметить даже с той стороны пролива, устроили этот возмутительный спектакль на пристани, теперь каждый портовый нищий будет знать о моём отъезде! Что всё это значит, черт возьми?!

Обезоруживающая улыбка Монтегю, успокаивающе подействовала на Его Светлость, и, усевшись за стол, подвешенный к потолку стальными цепями, граф заговорил:

– Ваша Светлость, позвольте скромному слуге короны, отвечающему за жизнь любимца короля Карла, даже Вам не раскрывать своих планов.

Через час мы отчалим, на берегу останутся наши друзья, все, включая Мидлборо, кроме трёх джентльменов, которых Вы видели в сопровождении барона, вот тогда-то я обрету спокойствие и открою Вам свой план. Но, хочу предупредить, мы не пойдем к стенам славного Кале.

Изумленный Бекингем откинулся на спинку стула. Лорд утвердительно кивнул.

– Милорд, жизнь научила меня правилу: «уважай, но не доверяй», за исключением Вашей Светлости, разумеется. Мы переждем несколько дней.

– Но, как же те, кто должен нас встретить?!

О холодный взгляд Монтегю, как о глыбу льда, разбились сомнения и возмущения герцога.

– Я обо всём позаботился, кто нужно предупрежден.