Любовный ченч

Ресторан «Шесть огоньков» был одним из тех московских ресторанов, где освещение было не ярким, скорее интимным, а музыка необычайно чувственной. Серж прошёл в зал, где его встретили и проводили к столику, на котором уже стоял любимый им моседуан с грибами. Звучал «Ролинг Стоунз» со своим совращающим, настойчивым битом, шесть мягко светящихся ламп мигали в ритм мелодии, наэлектризовывая окружающее пространство страстью.

Официант принес охлаждённую бутылку «Асти Мартини» и налил вино в узкий бокал.

Любовь к этому вину пришла к Сержу от Жюстин, ей нравились вина, не подвергающиеся в процессе ферментации тепловой обработке.

Данное вино не обмануло его ожидания, оно хорошо сохранило букет свежего винограда. Радостная игра пузырьков и нежный вкус его генерировали Сержу лёгкость и хорошее настроение.

Время летело быстро. Наступило время жаркого, – повар вынес к столу фирменное блюдо ресторана с многообещающим названием «Дикий вепрь». Его подали с миндальными крокетами, фаршированным черносливом и ежевичным соусом.

Увидев это необыкновенное блюдо, Серж застонал от предвкушаемого удовольствия, но тут сделал непростительную для себя ошибку, – попросил официанта принести ему бутылку грузинского белого сухого вина «Цинандали», о котором он был наслышан из рассказов престарелой семьи русских эмигрантов, часто посещавших их дом

Тогда он даже предположить не мог, что Грузия уже многие годы поставляет в Россию, в большей части, фальсифицированные вина.

Позже он узнает из прессы, что министр обороны Грузии Окруашвили, отвечавший, по совместительству, за винный бизнес, заявит во всеуслышание: «В России, если даже вынесешь на рынок фекальные массы, то и они продадутся, а вот в Европу Грузия экспортирует качественное вино».

«Цинандали» действительно оказалось откровенным дерьмом, отдававшее запахом серной кислоты. Фальсифицированный алкоголь напрочь омрачил настроение Сержа, он решил уйти и попросил счёт.

Несмотря на то, звучали мелодии «Битлз» из альбома «Abbey Road», любимый голос Джона Леннона, всё это не могло вернуть ему прежнего настроения.

Он, молча, расплатился и тотчас же вышел из ресторана.

По возвращении он внимательно осмотрел комнаты, порядок расположения его вещей остался прежним. Он решил принять душ и лечь спать. Контрастный душ и растирание тела грубым вафельным полотенцем оживили его, он потянулся к телефону, чтобы заказать кофе, но как только он это сделал, услышал стук в дверь.