Любовь на изломе

 – Я ведь в театре работаю недавно, всего лишь три месяца. Впрочем, и в Москве я живу столько же.

– А где вы проживали до Москвы? – поинтересовалась мать.

– В Киеве. Но вынуждена была оттуда уехать, так как попала на глаза беспутному арабскому принцу, который, несмотря на то, что был женат, не давал мне проходу. А защитить меня было некому, я жила со своей старенькой бабушкой…

– Ну, сейчас у вас защитник надежный, будьте в этом уверены, – улыбнулась мать.

– Кстати, у Янины бабушка служила после Великой Отечественной войны в Минске в КГБ Белоруссии, в звании старшего лейтенанта.

 – Так что она тоже выходец из чекистской среды, то есть своя в доску, – рассмеялся Артём.

– Сын, ты опять свой окопный юмор пускаешь в ход, – упрекнула его мать. – Яниночка, обрати, пожалуйста, на это внимание. Он у меня ещё и такой. Это у него от папы.

– А папа здесь причём? – возмутился Алексей. – Если мы откроем словарь синонимов, то убедимся, что это устойчивое литературное выражение, означающее «близкий».

– А если мы откроем словарь воровского жаргона, то увидим, что это устойчивое выражение означает – верный, преданный вор. – Именно поэтому мне не нравится это слово.

– Любимая, я сдаюсь! – поднял руки вверх Алексей. – Мне уже тоже не нравится это выражение. Поэтому я перефразирую, сказанное сыном. – Янина, – обратился он к девушке, – в силу того, что твоя бабушка в прошлом была офицером госбезопасности, ты нам близка по духу и мы все этому очень рады. – Давайте за это поднимем бокалы с шампанским.

– Отличный тост! – похвалила его Валерия.

– Яниночка, я вам постелила в комнате моей внучки Полинки, – объявила Валерия. – Артём, покажи комнату и спокойной вам ночи!

Артём с Яниной переглянулись. Они знали, что вряд ли ночь будет для них спокойной, если они разбредутся по разным комнатам…

Забрезжил рассвет. Янина осторожно, чтобы не разбудить Артёма, выбралась из-под одеяла и вышла на застеклённую лоджию. Покрытые буйной зеленью деревья Филёвского парка казались только что политыми, на траве лежала густая роса.

Над землёй поднимались причудливые клубы утреннего тумана, похожих на призраков, задержавшихся после ночного сборища.

Дома у себя в Киеве она очень дорожила этими ранними утренними часами, когда бабушка ещё спала, она могла побыть одной. С той поры как погибли её родители, она любила ощущение одиночества. Это было единственное время, когда ей удавалось вырываться из душной атмосферы индустриального анклава.