«Грейхаунд», или Добрый пастырь

Даже в двадцати милях впереди «Килинг» будет для конвоя какой-никакой защитой.

Лейтенант Уотсон, штурман, доложился, что пришел сменить Карлинга. Двух фраз хватило, чтобы объяснить ему обстановку.

– Есть, сэр.

Красивые голубые глаза Уотсона блеснули из-под каски.

– Я взял управление на себя, мистер Уотсон.

– Есть, сэр.

– Рассыльный, мою каску.

Краузе надел ее – так требовалось, но одновременно вид тепло одетых людей вокруг напомнил ему, что он по-прежнему в кителе и за время, проведенное на крыле мостика, продрог до костей.

– Спуститесь в мою каюту и принесите оттуда полушубок.

– Есть, сэр.

Из штурманской по переговорной трубе доложился старпом. Там был оборудован доморощенный боевой информационный центр по типу тех, что ставились на большие корабли. В ту пору, когда «Килинг» спускали на воду, гидролокация была в зачаточном состоянии, а радар еще, наверное, и не придумали. С лейтенантом-коммандером Коулом Краузе связывала давняя дружба.

Краузе изложил ему ситуацию:

– В любую минуту вы можете увидеть ее на радаре.

– Да, сэр.

«Килинг» вибрировал, несясь вперед на всех парах. Он кренился и вздрагивал, рассекая носом волну. Однако волны накатывали достаточно регулярно и еще не достигли той формы, при которой мешали бы кораблю сохранять нынешнюю высокую скорость. В восемнадцати милях впереди или ближе находилась всплывшая немецкая подлодка, радарная антенна могла засечь ее в любой момент, все боевые посты отчитались о готовности.

Люди, которых оторвали от личных дел, даже те, кому пришлось бросить обычную работу по кораблю и бежать на посты, не знали, из-за чего тревога. В машинном отделении сейчас наверняка гадают, почему приказано дать самый полный ход. Расчеты у пушек и стеллажей с глубинными бомбами надо предупредить, чтобы были готовы действовать в любой момент. Секунду-две на это потратить можно. Краузе шагнул к устройству громкой связи. Дежуривший там боцманмат при виде капитана положил руку на переключатель. Краузе кивнул. По всему кораблю разнеслись слова:

– Всем внимание, говорит капитан.

Он говорил ровным голосом; по этому бесцветному голосу никто бы не догадался, что внутри него бурлит волнение, которое прорвалось бы наружу, позволь себе Краузе хоть на миг ослабить всегдашний самоконтроль.

– Мы преследуем немецкую подлодку. Каждый должен быть готов к немедленным действиям.

Чувство было такое, словно весь корабль пробила дрожь возбуждения.