Капитан Хорнблауэр. Под стягом победным

И все же от последнего бокала он отказаться не мог, учитывая, какие только что принесли вести. Хорнблауэр резко сел на койке. Это дело с якорем вышибло всё из его головы. Вежливость требует немедленно сообщить леди Барбаре известия, близко ее касающиеся. Он выбежал на палубу, бросил сигару за борт и подошел к гостье. Джерард, вахтенный офицер, о чем-то с ней оживленно беседовал; Хорнблауэр мрачно улыбнулся про себя, видя, как Джерард поспешно прервал разговор и отошел прочь.

Она по-прежнему сидела на стульчике у гакаборта, негритянка – на палубе у ее ног.

Леди Барбара, казалось, впитывала холодный ветер, навстречу которому неслась из залива «Лидия». На правом траверзе солнце почти коснулось горизонта, диск оранжевого огня висел на ясной синеве неба, и она подставила лицо косым лучам, нимало не заботясь о своей внешности. Этим вполне объяснялся ее загар, а возможно, и то, что в свои двадцать семь она оставалась незамужней даже после поездки в Индию. В лице ее была безмятежность, доказывавшая, что она, по крайней мере в данную минуту, ничуть не тяготится положением старой девы.

Леди Барбара улыбкой ответила на его поклон.

– Как чудесно вновь оказаться в море, капитан, – заметила она. – Прежде вы не давали мне случая выразить мою бесконечную благодарность за то, что увезли меня из Панамы. Плохо быть пленницей, но быть свободной и в то же время запертой силой обстоятельств – это просто сводило меня с ума. Поверьте мне, я ваша вечная должница.

Хорнблауэр вновь поклонился.

– Надеюсь, доны почтительно обращались с вашей милостью?

Она пожала плечами:

– Неплохо. Но испанские манеры быстро утомляют. Меня поручили заботам ее превосходительства – женщины замечательной, однако невыносимо скучной. В Испанской Америке с женщинами обходятся, как на Востоке. А латиноамериканская пища…

При этих словах Хорнблауэр вспомнил недавно пережитый банкет. Он состроил такую мину, что леди Барбара оборвала фразу и рассмеялась – да так заразительно, что Хорнблауэр поневоле засмеялся тоже.

– Вы не присядете, капитан?

Хорнблауэр разозлился. С начала плавания он ни разу не сидел на стуле у себя на палубе и не желал новшеств.

– Спасибо, ваша милость, но, если вы позволите, я предпочел бы стоять. Я пришел сообщить вам радостную новость.

– Вот как? Тогда ваше общество для меня вдвойне приятно. Я вся внимание.

– Ваш брат, сэр Артур, одержал в Португалии крупную победу.