Особняк с видом на счастье

Увидев меня в дверях, существо чувственно произнесло: «Заждался я тебя, моя нимфа». Голос неожиданно оказался низким и очень красивым.

На ручке кресла, возле заждавшегося меня баритона, сидела Татьяна. Она была, как всегда, в чёрном – в этот раз шёлковом – платье, роскошные жемчужные бусы доходили почти до колен. Она визжала и вопила, что с ней в этом доме не считаются, раз она не может пригласить своих друзей и для них коньяка жалко. Рядом стоял её муж Дмитрий, умолял успокоиться и тряс перед женой золотым флаконом с нюхательной солью.

В центре комнаты замерла Нина, она как будто пыталась что-то сказать, но, скорее всего, старалась просто не заплакать. Я, конечно, сразу вспомнила разговоры прислуги; «Приходит такое, то ли из цирка, то ли из тюрьмы». Нынешний визитёр очень подходил под это определение – значит, это Фердик.

Моё предположение тут же подтвердилось. Антонина, тоже присутствующая здесь и до этого молча сидевшая, свернувшись клубком в углу огромного дивана, встала, достала из буфета рюмку и, пристроившись на свободную ручку кресла, произнесла: «Наливай, дядя».

Дядя пришёл в восторг, вскочил, приподнял воронье гнездо, театрально раскланялся и представился: «Фердинанд Челодаев, комический актёр». И, выпив с Антониной на брудершафт, разразился монологом шута из Короля Лира. Всё это происходило на фоне воплей Татьяны и заверений Дмитрия, что он никому не позволит… Что именно он не позволит, я так и не узнала: обстановка накалилась до предела, Нина выбежала из комнаты, и я последовала за ней.

В будуаре я накапала рыдающей женщине успокоительное, через некоторое время, когда она чуть-чуть пришла в себя, я попросила горничную подать крепкий кофе, мы устроились рядом на уютной кушетке и завели очень доверительный разговор, перейдя на «ты». Я говорила, что всегда принято говорить в таких случаях: не надо принимать домашние недоразумения близко к сердцу, что у неё прекрасный любящий супруг и он не даст её в обиду, а вот мне труднее, мне никогда не быть с любимым человеком, не позволяет моё происхождение, и его родня никогда не согласится на наш брак.

Услышав про происхождение, Нина снова разревелась и сквозь рыдания сказала:

– Да, что ты знаешь о моём происхождении?

– То, что ты дочь дворянина Вениамина Веневитина, разве это не так?

– Так, но моя мать была гувернанткой его сына, и они не были венчаны. Мой отец был женат на другой женщине.

Вот это поворот!

– Значит у тебя есть брат?

– Да, родной мне по отцу.