Особняк с видом на счастье

Женщина как-то странно взглянула на меня и перешла на шёпот:

– Ну, и как? В доме-то не страшно?

– Нет, а должно быть страшно? – удивилась я.

– Конечно, если дом, этого, как его, зелёной бороды.

– Какой бороды?!

– Да я всё время путаюсь, может, борода и сиреневая. Сказка есть такая в книжке у Зинкиной внучке, страшнющая, про мужика, который жен своих убивает, и у него борода была какого-то цвета.

– Синяя, – машинально уточняю я, – так при чём здесь дом, в котором я остановилась?

– Да, хоть в горошек, только с чего бы это молодым, здоровым бабам помирать?

– Так вы про Агриппину? Она грибами отравилась.

– Сумнительно, – лаконично возразила моя собеседница.

– Но почему?

– Да потому, что и Пелагея, и дочь её были женщины очень аккуратные и чистоплотные. Если бы, к примеру, Зинка Сердюкова грибами отравилась, это можно допустить.

– Почему Зинка может отравиться грибами, а другие нет? – спросила я и тут же пожалела об этом.

Потому что моя собеседница сразу ушла в сторону от интересующей меня темы о моих хозяевах.

– Да Зинка неряха, каких свет не видывал. Позапрошлый год Зинка огурцы солила и из уха прямо в бочку серёжку уронила и засолила её вместе с огурцами. Потом весь дом перевернула, сережку искала, и на свою сноху, Симку, подумала, что она серьгу украла. А когда огурцы съели, пропажа и обнаружилась. Симка и Стёпка, Зинкин сын, так обиделись на мать, полгода с ней не разговаривали.

Зинка даже хотела подарить Симке серьги, а они золотые, и…

Забыв о вежливости, я прервала собеседницу:

– Но ведь не только в аккуратности дело, грибы бывают ядовитые.

– Только не у Пелагеи, она в деревне росла, по грибы с детства бегала. У неё ещё бабушка грибами торговала. Так что уж в чём в чём, а в грибах Пелагея разбирается и дочь свою этому обучила. Оно, конечно, в жизни всякое бывает, но всё же сумнительно.

Ну, даже если допустить, что Агриппина сама грибами отравилась, то с Меланьей-то как же?

– С какой ещё Меланьей? – робко спросила я.

– Ну, ты, девонька, даешь! У людей живёшь, а ничего про них не знаешь. Это вторая жена Захара.

– Но вторую жену Захара зовут Евдокия, – возразила я. И тогда женщина заговорила со мной тоном, каким говорят с тяжело больными людьми:

– Деточка, Евдокия третья жена Захара, до неё была Меланья.