Барзах

Ведь мы это должны были скрыть не только от врагов, но и от тебя, потому что нам никто из врачей не мог ответить, сколько проживет Кемаль. Ты, конечно же, спросишь, почему именно сейчас мы хотели рассказать тебе об этом. Так вот, буквально пару месяцев назад в организме Кемаля стали происходить изменения, поэтому мы все в ожидании чуда. Фехиме просила, чтобы мы рассказали тебе всю правду хотя бы сейчас, когда появилась надежда.

Нихан слушала внимательно, жадно схватывая каждое слово.

– Кемаль, мой любимый, он жив.

Вот о чем мне подсказывали мои сны. Мой Кемаль, он не был предан сырой земле, – вытирая слезы, она продолжила: – Теперь я понимаю, что связывает Зейнеб и госпожу Фехиме с Германией.

– Именно поэтому, душа моя, они и находятся в Германии. И, в отличие от нас, Фехиме говорила, что не стоит скрывать от тебя все это. Но я не могла иначе, прости меня, Нихан.

– Дорогая моя девочка, – добавила тетя Лейла, – по-другому мы и не могли. Мы не могли рисковать твоим здоровьем. Если бы, не дай бог, Кемаль не выжил, мы не имели права лишать маленькую крошку и матери.

Не будь все так сложно, я бы ни на какие уговоры не пошла и рассказала бы тебе все как есть. Ты ведь знаешь свою безумную тетю, – сказала Лейла уверенно.

Выслушав всех, Нихан произнесла:

– Я сегодня же вылетаю. Айхан, пожалуйста, мне нужны все данные, в какой больнице лежит Кемаль.

– Нихан, не стоит так волноваться, – ответил Айхан, увидев, как она встревожена. – Я уже обо всем позаботился, вылет через три часа.

Зекир забронировал нам билеты: тебе, мне и Лейле. Ты ведь понимаешь, мы не сможем отпустить тебя одну в таком состоянии.

– Спасибо, Айхан. Мама, а ты…

– Да, моя душа, я присмотрю за Дениз, даже не стоит говорить, – ответила Вильдан дочери.

Компания господина Джихана. Увеличив на мониторе фото Нихан, господин Джихан любовался ею. Последний год, который он провел в Стамбуле после смерти кузена, был омрачен событиями и многочисленными вопросами, ответы на которые он не мог найти по сей день.

Сегодняшняя встреча с Нихан будто плеснула цветными красками по его серым и обыденным дням. Он долго думал над последними событиями. Завещание, которое Джихан нашел в заброшенном доме кузена, вовсе не соответствовало тому, что он ему рассказывал до смерти.

– Джихан, брат, ты мне нужен здесь, в Стамбуле, – вспоминал он слова подвыпившего брата Мехмеда. – Я богат, брат, я больше не нуждаюсь в чьих-то подачках, – говорил он в опьянении.