Разговор с Безумцем

Мне обработали рану и наложили компресс, если бы не бинт, то никто бы даже не обратил внимание. Просто медбрат сказал, что с бинтом будет безопаснее, и я не буду лишний раз мочить руку, помня о порезе. А без лишней влаги он быстрее заживет, – объяснила Сьюзан.

– Ну хорошо, поправляйтесь, – произнес мистер Говард.

– Благодарю, профессор, – улыбнулась секретарша.

– Спасибо за чай, Сьюзан, – поблагодарил уходящую женщину доктор Блэк. – О как, ну это разумный взгляд на вещи, – произнес он, когда дверь за женщиной закрылась.

– Вы сейчас про бинт, профессор? – уточнил я.

– Нет же, я не об этом. Я про то, что некоторые вещи, столь привычные для нашего восприятия, оказывают на нас определенное воздействие. При этом не всегда благоприятное, как сахар, оказывающий особое влияние на вкусовые особенности чая. Но кому-то это нравится, а кому-то нет, все дело вкуса и предпочтений.

– Да, согласен, особенно для тех, у кого сахарный диабет, – улыбнулся я.

– Тоже верно, – рассмеялся профессор.

– Чай просто замечательный, – похвалил я.

– Я знал, что вы оцените. Мне его привез хороший друг, когда вернулся из длительного путешествия по Китаю. Так что же вы хотите от меня, Джереми? Чем я могу помочь в вашем деле? Вы, насколько я понимаю, решили попробовать написать о том, что вам интересно, но в чем у вас нет особых познаний. И ведь вам было бы проще взять что-то касающееся той области, в которой вы явно являетесь прекрасным специалистом.

Зачем усложнять свою работу, изучая те вещи, представление о которых весьма поверхностно? Это то, что мне не совсем ясно, если говорить о вашем творческом мотиве, – высказался мистер Блэк.

– Уважаемый мистер Говард, вы же прекрасно понимаете, что я хочу не просто написать книгу для себя, а реализовать определенный творческий проект, который будет интересен и моим возможным читателям. Ну скажите, кому будет интересно читать про похождения к терапевту? Ведь там нет ничего захватывающего.

О чем там рассказывать? О типовых заболеваниях желудка? О вирусах и бактериях, нападающих на мирных американцев, идущих вечером с работы? Нет, это не та тема, которая будет интересна читателям. Другое дело…

– Душевнобольные. Сумасшедшие. Безумцы, мысли которых покрыты мраком, а желания способны напугать даже самого искушенного любителя ужасов, верно? – засмеялся профессор.

– Ну не совсем, но вы сами все понимаете, – засмеялся и я.