Вечная история

Мало того, что спровоцировали недавние события, так теперь ещё и своих ставленников во власть распихивают.

– Значит, вы тоже заметили, – полковник задумчиво гнул в пальцах стальную вилку.

– Этого только слепой не заметит! – возмущённо фыркнул Джабраил.

Я вопросительно посмотрел на Ермоленко.

Тот еле слышно шепнул:

– Разговор о масонах помнишь? Вот об этом и речь.

В это время Джабраил продолжил:

– Алекс, я не знаю, что будет дальше. Но если дела пойдут таким же образом, мы, скорее всего, опять придём к войне.

И дай бог, чтобы она была чуть менее страшная, чем ваша с немцами. Или нам придётся внедрять своих людей в эти организации.

Полковник задумчиво проронил:

– Возможно, это и выход. А насчёт войны я бы не надеялся. Думаю, это будет много страшнее и масштабнее. Но, слава богу, не в этом веке.

– Обрадовал! До начала следующего всего двенадцать лет осталось!

– Тринадцать, – педантично поправил майор.

– Не придирайся к словам! Один год роли не играет! – отмахнулся Джабраил. – А вообще, думаю, ты прав.

И ждать осталось недолго, лет пятьдесят – шестьдесят. Смертные сначала на местном уровне побалуются, а потом уже на всю катушку оторвутся. Только вот нашим «друзьям», так сказать, отсидеться не удастся. Ракеты до Америки долетают, не задумываясь.

Мне стало очень неуютно, и я непроизвольно спросил:

– А мы что, ничего не можем сделать?

Повернувшись ко мне, Джабраил снисходительно улыбнулся, его ученик вздохнул, но ответил полковник:

– Пробовали, и не один раз.

Например, имперский Рим. Как только мы перестали их контролировать, алчность людская уничтожила всё.

– А мы прямо ангелы! – не удержался я. – Нам ни деньги, ни власть не нужны!

– Нужны, до определённого момента. Потом приходят опыт и понимание. Начинаешь осознавать, что денег, например, должно быть столько, чтобы о них не думать, а когда их больше, это просто мешает жить. Власть, пожалуй, более страшное испытание, но и она надоедает. Понимаешь, самые старые и умудренные правители – сынки по сравнению с молодыми вампирами.

Это нас выгодно отличает от смертных. К тому же мы никогда не переставали влиять на политику. Но иметь власть в руках, особенно безграничную, просто утомительно.

– А после Рима попытки были?

– Чему тебя в школе учили? – возмутился майор. – Вспомни курс истории! Были, конечно! И до, и после! Беда только в том, что любая вновь создаваемая империя первоначально хотя бы внешне ставит цель – равенство и безопасность всех её граждан.