Метро 2033: Степной дракон

Хотя по правде мясо в той шашлычной было хреновое, только собакам на прокорм.

У человеческой памяти и психики удивительное свойство со временем сглаживать углы. Выветривается из головы плохое, сублимируется, сепарируется и в сухом остатке в виде воспоминаний подается лишь что-то приятное, хорошее или просто положительное.

Басмач также помнил из прошлой жизни, что суть большинства придорожных рыгаловок-забегаловок одна: кинуть плошку чего-то вроде на первый взгляд съедобного перед усталым водилой, оттарабанившим пятнадцать-двадцать часов за рулем без остановок.

Тому ведь много не надо, заглотил чего поставили, расплатился в три цены и поехал дальше.

От шашлычных мыслей отвлек цокот когтей по асфальту. Скинув винтовку с плеча и оттянув затвор, он приготовился стрелять. По дороге бежал волк. Басмач предположил, что это Бес, хрен их серых разберет на расстоянии. Метров за пятьдесят волк замедлился и уже шагом подошел вплотную.

– Чего прискакал, серый? – Волк конечно не ответил и уселся там, где стоял, вывалив красный язык.

Басмач перестал целиться в зверя, но оружия не убрал, мало ли. Постояв на месте, развернулся и пошел дальше, не разговаривать же с животным. Волк кинулся за ним. Обогнав на несколько шагов, уселся прямо на пути. Басмач обошел сидящее животное, но Бес тут же вскочил и уселся под ноги, касаясь лапами кирзовых ботинок.

Волк его не пускал.

– Что же мне с тобой делать, серый? – Басмач опустился на корточки перед Бесом. Волк и человек смотрели друг другу в глаза.

В животном мире глаза в глаза – это признак агрессии, зверь обязательно кинется. Но Бес не кидался. Он, опустившись на передние лапы, подполз вплотную и перевернулся на спину, подставляя незащищенные шею и живот. Басмач опешил, не ожидая от свирепого хищника такого: волк сдался. Бес принял позу подчинения перед вожаком стаи.

– Для тебя он так много значит, пацан этот? – покачал головой Басмач, став сразу же как будто старше, чем был. Бес перестал валяться в грязи и снова уселся на асфальт, старательно пряча взгляд.

– Да что же это такое?! – рявкнул Басмач, будто требуя ответа у окружающих деревьев, дороги. – Зверь о человеке больше заботится, чем другой человек! Куда на хрен катится этот мир… – и уселся рядом с волком, глядя на уходящую к Усть-Каменогорску ленту полуразрушенной временем и деревьями дороги. Долго усидеть не получилось, промерзшая земля не позволила. Басмач с трудом поднялся и закинул винтовку на плечо.