Вторая жена

– Слушай ты, – злобно засверкали глаза девушки, – если ты, еще раз подойдешь ко мне со своими грязными предложениями, я отправлю к твоей жене запись нашего последнего разговора.

– Чего? – Мурад не верил своим ушам, – какая еще запись?

– А ты вспомни, о чем мы с тобой говорили на нашей последней встрече. Когда ты меня домой отвозил. Я все записала, – помахала она телефоном перед парнем, тот замахнулся что бы отнять его, но Рашия ловко отдернула руку, – не тупи. Даже если ты сейчас отнимешь у меня телефон, – смысла в этом нет.

Я сделала копию той записи, она у меня в компьютере дома.

– Ты, ты наглая девчонка, – только и сказал Мурад и поспешно вышел на улицу.

«Вот это поворот. Так я еще никогда не унижался перед женщиной», – лихорадочно восстанавливал в своей памяти мужчина все что происходило в ту ночь, – «а что именно я наговорил в тот вечер? Говорил что не люблю жену. А что еще? Просил Рашию стать моей женой. Вот дрянь», – осознавая собственное бессилие, обоими руками ударил по рулю мужчина.

Мурад любил жену. Даже если и не любил, она его жена, у них дети, семья. Терять это все мужчина был не готов. Мурад который всегда был обласкан вниманием женщин, был обделен ею от собственной жены. А ему хотелось любви, заботы, романтики. Именно поэтому он и увлекся этой дерзкой девченкой. « Если Айза услышит то, что я говорил в ту ночь, она не простит, она уйдет от меня», – Мурад вдруг представил что он остался один, его дети живут в чужом доме, и жены у него больше нет, – от этой картины ему стало жутко.

Семью терять он не хотел. «Ну ничего, больше я даже близко к ней не подойду. И в этот магазин больше не буду ходить», – с этими мыслями Мурад мчался на собственной машине по осеннему городу.

Ноги ныли от усталости. Они всегда у Рашии болели от нервов. А в последнее время столько пришлось нервничать, а еще и работа стоячая, целый день надо туда-сюда ходить и товаром заниматься, покупателям угождать.

Девушка опустилась на подоконник, рядом с манекеном. Она ощущала опустошенность. Словно и не было всей ее жизни, все чем она жила. Вдруг все стало бессмысленно. «Он так боится что жена узнает….. так переживает за нее….. не хочет ее расстраивать…… Вот бы у меня был кто то кто так же переживал за меня, боялся обидеть» – по щеке покатилась слеза. А за окном ветер кружил осенние листья, и пешеходы не спеша проходили мимо. Жизнь шла своим чередом.