Между людьми и кначетами

– И только на основании того, что происходит что-то нетипичное, ты решил, что это Кантэзо? Разве тебе не рассказывали, что не все кначеты ведут себя типично?

Конечно, рассказывали! Боги…

– Хорошо. Я сделал предположение, и я был прав.

– Прав или это опять просто предположение?

Технически, я не видел его тело, так что стопроцентных доказательств у меня нет…

– Хорошо, это опять просто предположение.

Я поймал насмешливый взгляд Венэна. Он получал неприкрытое удовольствие от того, как меня разносят.

Доставлять ему радость было неприятно, но я не мог остановить это. Я нахмурился и взглянул на Кроя:

– Теперь я могу сказать о том, что было?

– Нет. Теперь ты должен объяснить, почему ты самовольно покинул рабочее место, никому ничего не сказав.

– Я сказал Веронии.

– Никому из нас.

– Я же объяснил, это бессмысленно…

– Бессмысленно, по твоему мнению, было искать кначета, которого нет. Но не сообщить об уходе – нарушение субординации. Ты уже не первый раз так делаешь.

Хочу напомнить, что ты в команде и находишься под моим началом. Ты должен следовать моим приказам, а если не хочешь им следовать, ты должен поговорить со мной об этом.

– Мне не нравятся эти пререкания. Они бы, конечно же, последовали, если бы я попросил вас отпустить меня. И вы бы все равно просто заставили меня работать бы дальше.

– Да, я бы так сделал. Однако таковы правила. Ты стажер, и ты обязан мне подчиняться.

– …и если я не буду, вы напишете на меня донос, и меня могут уволить, – мрачно сказал я.

 – Я понял. Постараюсь так больше не делать без веской причины.

– Меня не устраивает такая формулировка. Твоя веская причина может не быть веской для меня.

– Хорошо, – я скрипнул зубами. – Я так не буду делать, пока у меня есть лишние десять минут на пререкания с вами.

– Пока – он подчеркнул это слово, – меня такая формулировка устраивает. Теперь можешь рассказывать, что случилось.

Венэн, кажется, был разочарован тем, что выговор так быстро закончился.

Я же испытывал облегчение.

Выслушав пересказ, Крой заговорил бесцветным голосом:

– То есть ты решил, что это Кантэзо, потому что он мог говорить, не имея физического обличия?

Ни упрека, ни намека, но становилось ясно, что он ничуть не убежден. Я переоценил собственное красноречие. Это может кончиться плохо для Жедара…

– Ты не чувствовал влияния на себе? – Теперь взгляд Венэна был похож на тот, который я видел в самом начале.