Печать Тьмы, или Мила из Другого мира

– Шесть мужей, – сказала я и посмотрела на шестиконечную звезду на груди. Так символично, хоть плачь.

– Они Ваши мужья-Хранители, – как-то лукаво у неё это вышло. – Вы можете завести и простых, – и пожала плечами, сказав это, будто само собой разумеющееся.

Ну, конечно, она ведь из расы, где такое – матриархат и многомужество – в порядке вещей. Кстати, об этом. Рэн счёл меня истиной парой, он мой муж, по велению Богов этого мира, и один из шести, значит ли это…

– Но разве другие расы не моногамны? Ну, вроде одна женщина – один мужчина? Не у всех, но у многих, как я поняла.

– К чему вы это? – нахмурилась тарфия.

– Рэн – моя истинная пара, – указала я на того, – я – его, но у меня будут ещё пятеро… для них это нормально?

– А лье Рэн, – посмотрела она на него, – разве ваш муж?

– Эм… мы пара, – повторила, сама уже теряясь во всём и всех.

– Одно другому не мешает, – тихо посмеялась эльфийка. – А узнать Хранитель он или нет можно по его Печати.

Стоило ей это сказать, как мао-корс тут же расстегнул куртку, оттянул ворот кофты и посмотрел на свою грудь. Мне тоже отсюда было видно, как из-под края ворота виднеются чёрные острые лучи звезды.

– У всех Хранителей такое, – мягко продолжила дроу, пока мы с мужчиной смотрели друг другу в глаза, словно пытались найти ответы на свои вопросы. Не знаю, о чём он думал, но мне было страшно. Страшно, что он против всего происходящего. – Они могут быть вашими истинными или не быть ими, но Боги уже венчали вас всех.

– Найти всех, – повторила я, чувствуя лёгкое жжение в так называемой Печати.

– Именно из-за того, кто Вы, грэа Мила, я и прошу вас взять моего брата если не в простые мужья, то хотя бы в наложники, – вдруг вспомнила свою изначальную просьбу Айлария.

– Почему? – не смогла я на неё сейчас посмотреть, не смогла. А говорить о таком, смотря на, как оказалось, уже мужа, стало ещё более неловко, поэтому отвела глаза.

– Его готовили быть Хранителем. Даже против воли, – ой, как мне не понравилась эта фраза. Всё внутри аж свернулось в обжигающий неприятный комок. – Просто взяли и привязали к той, которую посчитали будущей Избранной. А когда она увидела его, то отвергла, посчитав недостойным, и тем самым обрекла его душу на вечное скитание в одиночестве.