Не называй меня Афродитой

Афина почувствовала, как тонет в знакомом чувстве собственной неполноценности и несостоятельности.

Что поделаешь, она легко все забывает.

«Когда ты перестанешь мечтать наяву, Афина? – в детстве укоряли ее родители. – Если бы ты прилежнее выполняла домашние задания, твои оценки были бы лучше».

Подумав о родителях, Афина почувствовала себя хуже некуда. Ей никогда не удавалось оправдать их ожидания. А затем она представила Чарли и Доминика в одной постели, и ей стало стыдно. Она не смогла привлечь даже жениха и уж точно не сможет вызвать интерес у Луки де Росси.

Он смотрел на нее из-под тяжелых век, и его губы были изогнуты в слегка циничной улыбке, которая придавала ему отстраненный, но вместе с тем необыкновенно сексуальный вид.

К дому подъехал фургон, на боках которого было выведено название компании, производящей фейерверки. Афина вспомнила, как Чарли сказал, что лорд и леди Ферфакс потратили тысячи фунтов на красочный фейерверк, который должен завершить свадебный прием. Ее паника возросла.

– Мне нужно уехать! – с отчаянием воскликнула она.

Лука вспомнил просьбу Кадира отменить свадьбу, если у Афины возникнут сомнения. Тот факт, что она рисковала своей шеей, чтобы избежать замужества, был достаточно убедительным доказательством того, что она передумала.

– Моя машина припаркована рядом с домиком егеря.

Афина мешкала, не зная, как поступить. Стоит ли ей ехать с человеком, с которым до этого она встречалась только раз, но который является хорошим другом ее зятя? Или лучше остаться и вызвать взрыв, который обязательно последует, когда она объявит лорду и леди Ферфакс и своим родителям, что свадьба отменяется?

– Чего вы ждете?

Нетерпеливый голос Луки заставил ее повернуться и пойти за ним.

Через несколько минут он остановился рядом со спортивной машиной, которая словно прикатила из будущего, но, несмотря на длинный кузов, имела небольшой салон.

– Я не помещусь в ней, – с сомнением произнесла Афина, переводя взгляд с машины на свое подвенечное платье.

– Повернитесь.

Времени на любезности не было. Лука поднял подол ее юбки и развязал тесемки кринолина.

– Что вы делаете? – выдохнула Афина, когда он потянул кринолин вниз, и она почувствовала, как его ладони скользнули по ее бедрам.

Она вспыхнула при мысли о том, что он видел прозрачные чулки, удерживаемые широкими кружевными подвязками. Лука взял ее за руку, помогая сохранить равновесие, пока она переступала через кринолин.