Со многими неизвестными

Накрахмаленная белая блузка подчеркивала деловой стиль костюма и, слава богу, не сохранила следов детской отрыжки на плече, которые Лорен отскабливала по пути в офис.

Но Гай прав. Темные круги под глазами, которые не скрывал тональный крем, говорили о бессонных ночах.

«Вот она, радость одинокого материнства!» – подумала она с грустью. Но будь у нее шанс отмотать жизнь назад, как кинопленку, Лорен не стала бы ничего менять. Она безумно любила сына. Вспоминая личико Мэтти, копну его черных волос, живые, необычайно большие карие глазки, молодая женщина невольно улыбнулась.

Секретарь закончила разговор по телефону и посмотрела на нее:

– Проходите. Мистер Гэмбрил вас ждет.

Открывая дверь, Лорен перебирала в уме все свои недавно завершенные и текущие дела. Неужели она допустила какую-нибудь ошибку, о которой пока не подозревает? Может быть, на нее пожаловался клиент? Или покупка нового офисного здания для городского банка длилась дольше, чем было запланировано, из-за проблем с формулировками в договоре?

– А, Лорен!

Алистер Гэмбрил обратился к ней радостно и приветливо, а не раздраженно, как она ожидала.

Но Лорен едва слышала его. Она не могла оторвать глаз от высокого человека, вставшего при ее появлении и смерившего ее таким знакомым пристально-высокомерным взглядом.

Ее шаги замедлились. Лорен чувствовала, как кровь отхлынула от лица. Рамон не может оказаться здесь, но именно он приближался к ней с обычной для него легкой грацией.

Все внимание Алистера было сосредоточено на госте, он и не заметил, что лицо его сотрудницы стало белым.

– Лорен, я хочу представить вам нашего нового клиента, Рамона Велакеса. Рамон, это один из лучших юристов, занимающихся коммерческой недвижимостью, Лорен Мэйтленд.

«Один из лучших! Это что-то новенькое», – безучастно отметила Лорен. Алистер улыбался ей, как любимой племяннице. Он очень хотел произвести впечатление на Рамона.

Она задыхалась. Ее сердце билось, как птичка в клетке. Должна ли она сообщить Алистеру, что знакома с Рамоном? Интересно, признается ли Рамон, что они знают друг друга?

Наконец Лорен заставила себя произнести:

– Мистер Велакес…

– Рамон, пожалуйста.

Оставим эти формальности.

Его голос был таким, каким Лорен помнила его: глубоким, мелодичным, с легкой хрипотцой, от которой у нее по спине пробегали мурашки.

«У Мэтти точно такие же глаза», – подумала Лорен. Сходство между отцом и сыном было потрясающим.