Спасительная сила чувств

Да что, черт подери, творится с ним? Впервые за этот месяц Алекос проснулся в чудесном настроении, зная, что сегодня на работу вернется его суперспособная помощница и они начнут разгребать дела, которые скопились за время ее отсутствия.

Но мысли о работе тут же улетучились, стоило Саре повернуться к нему лицом, и он заметил, как розовая шелковая блузка мягко подчеркивает ее упругую грудь. Две верхние пуговички были расстегнуты недостаточно для того, чтобы увидеть ложбинку, но более чем достаточно для того, чтобы Алекос с лихорадочно бьющимся пульсом представил, как снимает с нее эту блузку и кружевной бюстгальтер, который просматривался под тонкой тканью.

Алекос с трудом оторвал взгляд от груди Сары и посмотрел на ее удивительно тонкую талию. Он снова прокашлялся.

– Ты… Э-э… Кажется, ты немного похудела.

– Вообще-то на два килограмма. Наверное, благодаря активному образу жизни, который я вела в отпуске.

Интересно, чем именно она занималась в этом туре для молодых, свободных и одиноких? Алекос не отличался богатым воображением, но сразу же представил, как его личная помощница забросила все свои экскурсии и наслаждалась жизнью в обществе какого-нибудь испанского ловеласа.

– Ах да, твой отпуск. Надеюсь, ты отдохнула?

– О да!

Она довольно улыбнулась, отчего стала похожей на кошку, вылакавшую целую миску сметаны.

– Рад за тебя, – натянуто бросил Алекос. – Но теперь ты вернулась на работу, и мне непонятно, почему ты пришла в одежде, более подходящей для пляжа, чем для офиса.

Когда он говорил таким ледяным, неодобрительным тоном, окружающие тут же принимали его ко вниманию и отвечали уважительно, как он того требовал. Но Сара просто пожала плечами и провела руками по юбке.

– Ну, на пляже я носила намного меньше одежды. На Французской Ривьере для женщин вполне приемлемо загорать топлес.

Неужели Сара ходила без бюстгальтера? Алекос попытался не представлять свою личную помощницу с выставленной на всеобщее обозрение грудью.

– Но мне казалось, ты поехала в Испанию?

– В последнюю минуту я передумала.

Пока Алекос переваривал тот факт, что его в высшей степени организованная помощница могла передумать в последнюю минуту и отправиться в совершенно другое место, чем было задумано, она медленно подошла к нему. Почему он никогда раньше не замечал, как поблескивают, словно изумруды, ее глаза, когда она улыбается? Алекос сердился на себя за такие поэтические глупости, но не мог отвести от нее взгляд.