Вернуть его кольцо

Еще два года назад мы выступали в пабах с небольшими программами, а теперь – на огромных площадках перед тысячами людей. Конечно, я очень рада успеху, но пока мне очень трудно справляться с интересом папарацци к моей личной жизни.

– Особенно их будоражат твои отношения с одним из участников вашей группы, – с издевкой заметил Константин, – а я предполагаю, что звукозаписывающая компания хочет, чтобы ваш образ был незапятнанным и чистым для ваших поклонников-подростков. Наверное, именно поэтому нигде и слова не сказано о том, что ты замужем.

Изабель тяжело вздохнула, чувствуя, что они снова идут проторенной дорогой к очередной ссоре.

– Я ведь уже объясняла тебе, что Райан – всего лишь мой друг. У меня близкие отношения со всеми в группе. Мы выросли вместе. Бен, Карли и Райан – они как семья для меня. Ты никогда не хотел понять, насколько они для меня важны, поэтому не принимал мою дружбу с ними. Но у меня была потребность находиться с теми, кому я могла доверять.

Константин нахмурился:

– Я никогда не давал тебе повода не доверять мне.

– Я не имею в виду, что подозревала тебя в изменах. – Ей, пожалуй, легче было бы мириться с его неверностью, чем с необъяснимой холодностью, которую он начал демонстрировать вскоре после свадьбы.

Она смотрела на его красивое лицо и чувствовала, как сжимается ее сердце. В юности она написала много песен о любви с первого взгляда, но на самом деле никогда не верила, что такое может случиться. Пока не встретила Константина.

В тот день, когда она в спешке ворвалась в офис на свою новую работу, ее глаза встретились со взглядом его синих глаз, и весь мир в этот момент для нее просто перестал существовать.

Она предполагала, что руководитель всемирно известной компании должен быть гораздо старше, вероятнее всего, с жидкими волосами и расплывшейся талией. Но Константин был не вероятно привлекательным мужчиной, и от него исходила словно осязаемая аура властности и уверенности в себе. Его высокий рост и мощная фигура выглядели угрожающе, но еще больше ее напугала его животная чувственность, которую не мог скрыть ни дорогой костюм, ни цивилизованные манеры, чувственность, которая моментально заставила ее ощутить собственную женственность каждой клеточкой своего тела. А потом он улыбнулся ей, и она пропала.

Константин поставил свою кофейную чашку на поднос, его сузившиеся глаза задержались на покрасневшем лице Изабель. Ему было очень интересно, о чем она сейчас думает.