Джейн Эйр

Она сказала мне, чтобы я помнила, что она всегда была мне лучшим другом, и чтобы я говорила о ней в таком же духе, и чтобы испытывала к ней благодарность.

– И что вы сказали, мисс?

– Ничего не сказала. Натянула на голову одеяло и отвернулась к стене.

– Нехорошо это, мисс Джейн.

– Очень даже хорошо, Бесси. Ваша миссис была мне не другом, а врагом.

– Ой, мисс Джейн, не говорите так!

– Прощай, Гейтсхед! – выкрикнула я, когда мы прошли через переднюю и выходили на улицу.

Месяц спрятался, и наступила темнота. Бесси несла фонарь, и свет его плясал вначале на мокрых ступеньках, затем на посыпанной гравием дорожке, пропитавшейся влагой за время недавней оттепели. Зимнее утро выдалось сырое и холодное, у меня даже зубы застучали. В домике привратника горел свет. Когда мы пришли туда, жена его разводила огонь в печке. Возле двери стоял, перевязанный веревками, мой дорожный сундучок, который принесли сюда накануне вечером.

До шести оставалось несколько минут, и, вскоре после того как часы показали шесть, отдаленный шум колес известил нас о приближении дилижанса. Я вышла на улицу и стала наблюдать, как во тьме быстро увеличивается его фонарь.

– Одна едет? – поинтересовалась женщина.

– Одна.

– Далеко ли?

– Полсотни миль будет.

– Ой, как далеко! И как это миссис Рид не боится отпускать ее одну в такую даль?

Дилижанс подъехал и остановился у ворот.

Он был запряжен четырьмя лошадьми, сверху сидели пассажиры. Кучер и кондуктор громко поторапливали нас. Мой сундучок погрузили, и меня оторвали от Бесси, которую я обняла и целовала, целовала. Кондуктор помог мне взобраться.

– Вы уж там присмотрите за ней! – крикнула ему Бесси.

– Да-да, – ответил он.

Дверь захлопнули, раздался голос «поехали», и экипаж тронулся. Так я рассталась с Бесси и Гейтсхедом и отправилась в неизвестные и, как мне тогда казалось, заброшенные и таинственные места.

У меня почти ничего не осталось в памяти об этой поездке. Помню только, что день мне показался неестественно длинным и что было такое ощущение, словно мы отмерили сотни миль дороги. Мы проехали несколько больших и малых городов, а в одном, очень большом, у нас была стоянка. Лошадей выпрягли, а пассажиры разбрелись пообедать.