Джейн Эйр

Говоря по правде, здесь приятно и без того: Торнфилд – чудный старый дом, только вот разве в последние годы до него руки не доходят. Но вы ведь понимаете, в зимнее время и в самом хорошем доме тоскливо. Я говорю – одной… Знаете, по правде говоря, Ли – очень хорошая женщина, и Джон со своей женой – тоже очень приятные люди, но все-таки, видите ли, они прислуга, и с ними нельзя беседовать на равных, их нужно держать на определенном расстоянии, иначе потеряешь влияние на них. Прошлой зимой, – а она была холодная, если помните, – то снег, то дождь с ветром, – сюда ни одна живая душа не заглядывала, кроме мясника да почтальона.

И это с ноября по февраль! И по вечерам места себе не находишь от скуки. Я просила Ли, чтобы она мне читала, но бедняге, По-моему, не очень нравилась эта нагрузка. Весной и летом здесь повеселее: солнце, длинные дни вносят разнообразие, а потом еще в начале осени эта малышка, Адель Варанс, приехала со своей няней. А дети сразу так оживляют дом. А теперь еще и вы здесь – тут вообще весело будет.

Я сразу расположилась к этой милой леди, слушая ее речь. Подвинувшись поближе к ней, я заверила ее, что ее не разочарует мое общество.

– Но я не буду долго задерживать вас сегодня, – сказала она. – И так уже почти двенадцать, а вы целый день провели в дороге, устали, наверное. Если у вас согрелись ноги, то пойдемте, я покажу вам вашу спальню. Я выбрала вам комнату рядом с моей. Она маленькая, но, я думаю, она вам понравится больше, чем любая из тех, что с фасадной стороны.

Правда, те попросторнее, в них и мебель получше, но там так тоскливо и одиноко. Я и сама-то там ни разу не спала.

Я поблагодарила ее за заботливый подход к выбору спальни и выразила желание отдохнуть, так как с ног уже падала от усталости после долгой дороги. Она взяла свечу и повела меня за собой. Вначале мы проверили, крепко ли заперта парадная дверь. Она вытащила ключи из замка, и мы стали подниматься по лестнице. Ступеньки и перила были дубовые, окна над лестницей – высокие и решетчатые; и лестница, и длинная галерея, куда выходила спальня, скорее могли принадлежать бы церкви, нежели жилому дому.

На лестнице и в галерее гулял холодный воздух, навеивая невеселые мысли об отрезанности и одиночестве, и я обрадовалась, когда, наконец добралась до своей комнаты – маленькой, обставленной обычной мебелью в современном стиле.

После того как миссис Фейрфакс ласково пожелала мне спокойной ночи и я заперла дверь, можно было спокойно оглядеться.