Шерли

– За что, сэр? В чем я провинился?

– На каждом шагу наживаешь себе врагов.

– А мне-то что! Мне безразлично – любят или ненавидят меня ваши йоркширские болваны!

– То-то и оно! Ты считаешь себя чужим среди нас! Отец твой, тот никогда бы так не сказал. Что ж, отправляйся обратно в свой Антверпен, где ты родился и вырос, mauvaise tgte[23 - Дурная голова (фр.).].

– Mauvaise tgte vous-mgme; je ne fais que mon devoir: quant b vos lourdauds de paysans, je m’en moque![24 - Сами вы дурная голова; я только делаю свое дело, а что до ваших олухов крестьян, плевать мне на них! (фр.

)]

– En revanche, mon garcon, nos lourdauds de paysans se moqueront de toi; sois en certain[25 - Смотри, дружок, как бы они не наплевали на тебя… (фр.)], – ответил Йорк; он говорил по-французски почти столь же безукоризненно, как и сам Мур.

– C’est bon! C’est bon! Et puisque cela m’est egal, que mes amis ne s’en inquiftent pas![26 - Ну и отлично! Раз мне самому все равно, то и друзьям нечего тревожиться! (фр.

)]

– Tes amis! Ou sont-ils, tes amis?[27 - Твои друзья! Да где они, твои друзья-то? (фр.)]

– Je fais, echo, ov sont-ils? Et je suis fort aise que l’echo seul у repond. Au diable les amis! Je me souviens encore du moment ov mon pfre et mes oncles Gerard appellfrent autour d’eux leurs amis, et, Dieu sait si les amis se sont empresses d’accourir b leur secours! Tenez, M.

 Yorke, ce mot, ami, m’irrite trop; ne m’en parlez plus[28 - Вот я и говорю, где они? И очень хорошо, что их нет. К черту друзей! Я еще помню то время, когда отец и дядя Жерар звали друзей на помощь, и одному Богу известно, поспешили ли откликнуться друзья! Знаете, мистер Йорк, слово «друг» меня бесит; не говорите мне больше о них (фр.).].

– Comme tu voudras[29 - Как хочешь (фр.).].

Мистер Йорк замолчал; пока он сидит, откинувшись на резную спинку своего дубового кресла с треугольной спинкой, я воспользуюсь возможностью набросать вам портрет этого йоркширского джентльмена, столь превосходно говорящего по-французски.

Глава IV. Мистер Йорк (Продолжение)

Это был йоркширский джентльмен до мозга костей. Ему было около пятидесяти пяти лет, но на первый взгляд он казался даже старше – голова у него была совсем седая.