Призрак замка Гримуар. Рождественский детектив

Здесь гораздо интереснее…

Краем глаза Мари вновь заметила чью-то тень справа, совсем рядом, между заснеженных елей, но человек тут же скрылся в снежной пелене.

Она выровняла лыжи, сжалась тугой пружиной, оттолкнулась – и ринулась вниз по скату. Вперед, вправо, влево, через ельник, сквозь кусты! Вжух-вжух – вновь запели лыжи! Ветер свистел в ушах, скрипели полозья, хрустел снег. Воздух был упругим и плотным. Она взлетала и падала, несясь по волнистому склону. Сердце звенело в груди фарфоровым колокольчиком. Мари казалось, что она вылеплена из кружев и воздуха, и что она вовсе не едет, а летит в паре метров над землей.

Снежная пыль искрилась вокруг нее облаком из тысячи алмазных снежных мух. До чего же хорошо! О хрустальная зима, о царственные Альпы, о хозяин здешних мест, великий Горный Дух! Сотворите чудо, выньте из меня прочь серые будни, железо и бетон городов! Пусть я всегда буду такой же веселой и звонкой, как сейчас, молодой, прыткой и легкой, как шальная стрекоза, как серебряная снежная фея, дикая, свободная, гордая!. .

Осталось совсем немного.

Вот уже видны и последний крутой изгиб склона, в который вливался соседний спуск, разукрашенный росчерками лыж, и долина между деревьев.

Внезапно Мари пронзила острая резкая боль на уровне живота, будто она натолкнулась со всей скорости на невидимое препятствие.

От боли перехватило дыхание. Она охнула и прижала руки к животу.

Земля исчезла из-под ног, тело сделало немыслимое сальто, и она кувырком полетела вниз по склону.

Наконец чудом оказавшийся на ее пути рыхлый сугроб приостановил падение, и Мари, проехав на спине последние метры, остановилась.

Сердце бешено колотилось в груди, грозя выпрыгнуть наружу. Руки и ноги тряслись мелкой дрожью.

– Господи, что с вами? Вы живы?

Мари сделала над собой усилие и открыла глаза. Над ней склонился молодой человек, которого она мельком видела вчера вечером. Кажется, спортсмен.

Он снял лыжный шлем и очки. Ветер шевелил его темную, будто присыпанную черным перцем и солью челку.

Лицо мужчины было чуть удлиненным, щеки покрыты серой щетиной. Глаза отливали темно-янтарным, будто крепкий чай. Мари подумала, что он похож на волчонка.

Мужчина обеспокоенно хмурил брови.

Мари приподнялась, потрогала сначала живот, потом ногу и скривилась. Затем сняла шлем и ощупала голову.

– Ужасно больно. Особенно коленке. Но все остальное, как это ни удивительно, цело. Черт, а я так старалась, все кусты пересчитала. Даже притомилась.