Необычайно умные создания

Ее кружка, вся в танцующих мультяшных лягушках, украшена ярко-красной надписью “КТО ВЫПУСТИЛ ЛЯГУШЕК?”. Он качает головой и пытается сменить тему:

– Мне нравится твой новый флаг. На улице.

– Правда? – Ее лицо чуть-чуть смягчается. – Я его нашла в одном из тех каталогов. Заказала по почте.

Кэмерон кивает, ничуть не удивившись.

– Как Кэти? – спрашивает она.

– Все хорошо, – говорит Кэмерон беззаботным тоном. На самом деле он не видел свою девушку с тех пор, как поцеловал ее на прощанье, когда она уходила на работу вчера утром.

Она должна была прийти посмотреть концерт “Мотыльковой колбасы”, но слишком устала, а он задержался дольше, чем планировал, и в итоге заночевал у Брэда. Но конечно, у нее все хорошо. Кэти из тех девушек, у которых никогда не бывает неприятностей и всегда все хорошо.

– Тебе с ней повезло.

– Да, она супер.

– Я просто хочу, чтобы ты был счастлив.

– Я счастлив.

– И было бы неплохо, если бы ты мог продержаться на работе больше двух дней.

Ну зашибись, снова-здорово.

Кэмерон хмурится, проводит рукой по лицу. Боль пульсирует аж в глазах. Воды, что ль, выпить.

– Ты же такой умный, Кэмми. Правда, такой умный…

Он встает с дивана и смотрит в окно. После долгой паузы он говорит:

– Знаешь, просто за то, что ты умный, денег не платят.

– Ну уж тебе-то должны платить. – Она похлопывает по месту рядом с собой на диване, и Кэмерон садится, кладет гудящую голову ей на плечо. Он любит тетю Джин, конечно, любит. Но она не понимает.

* * *

Никто в семье не знает, от кого Кэмерону достался его ум.

И под семьей он подразумевает себя и тетю Джин. Это вся его семья.

Он почти не помнит лица своей матери. Ему было девять, когда тетя Джин забрала его из их с матерью квартиры, мать тогда сказала ему сложить сумку, чтобы остаться у тети Джин на выходные. В этом не было ничего необычного. Он частенько ночевал у тети. Но на этот раз мать так и не пришла за ним. Он помнит, как она обняла его на прощанье, как запиналась и как слезы оставляли на ее лице чернильные дорожки туши.

Он ясно помнит, какими костлявыми были на ощупь ее руки.

Выходные превратились в неделю, потом в месяц. Потом в год.

Где-то в полном всякого хлама застекленном шкафу тети Джин хранятся маленькие керамические безделушки, которые его мать собирала в детстве. Сердечки, звезды, животные. На некоторых выгравировано ее имя: Дафна Энн Кассмор. Время от времени тетя Джин спрашивает, не хочет ли он забрать их себе, и каждый раз он говорит “нет”.