Нареченные

Асы смеялись, и какая-то девушка ради шутки разбросала на дороге пригоршню шиллингов. Видение тускнело и растворялось, а они хохотали все громче.

Язык ощутил горечь. Сложилось новое слово – «гордыня».

Я увидела еще больше Асов, избивавших слуг и рабочих, самоуверенно пользовавшихся магией, чтобы запугать их и заставить подчиниться. И других Асов. Одну, зверски расправившуюся со служанкой, которая, завивая волосы, сожгла их щипцами. Хозяйка сжимала горло несчастной, пока та не перестала двигаться. Тогда она швырнула служанку на дорогой ковер, словно вещь, которую нетрудно заменить.

Сложилось еще одно новое слово – «невежество», и во рту стало сухо, будто его выложили наждачной бумагой.

Я увидела Асов, играющих, бегающих, посещающих школу лишь ради того, чтобы заработать деньги и стать важными. Они злоупотребляли своим даром, чтобы преуспеть и получить право на состояние, так и не выучившись ничему, не стремясь узнать историю своих предков, сплотить семью. Они не хотели учиться на ошибках прошлого, поэтому постоянно повторяли их.

Один из Асов сделался сенатором, обманув избирателей с помощью магии. Иллюзионист в мюзик-холле воспользовался своим Даром, чтобы подбрасывать в воздух еду, листочки и другие предметы и жонглировать ими, не прикасаясь к ним и таким образом заставляя людей считать себя волшебником. Одна женщина незаметно завлекала мужчин, а потом обкрадывала их, оставляя без пенни, причем те даже не догадывались, что с ними произошло, когда она наводила свои чары.

Другим сложившимся в моем сознании словом было «самодовольство». Мой язык чувствовал что-то вроде воды, безвкусной, но затягивающей, словно я захлебывалась и тонула.

Я увидела Уотсонов. Их прежний глава спокойно наблюдал, как клан нарушает правила, но и пальцем не пошевелил, чтобы этому помешать.

Я увидела другой клан, девушку с ее двоюродными сестрами и братьями, которые тратили тысячи в неделю на безделушки и вечеринки и беспечно предавали свои тела и мораль ради популярности и экстравагантности.

Перед моим внутренним взором промелькнули многие другие кланы, их недостатки лежали передо мной, как на столе судьи. Потом пришел черед клана Джейкобсонов, и я затаила дыхание. Единственным их недостатком, который привиделся мне, было то, что они предпочитали молчать, не вмешиваться в происходящее и при этом всегда быть наготове.