Нареченные

Мое сердце тянулось к Калебу, однако я прогнала это чувство прочь.

Я поправила защитный козырек, чтобы лучше видеть в зеркало. И разглядела метку, которую они заметили. На ней были солнце и луна, сложенные вместе, и серая расплывчатая линия их разделяла. Солнечная половинка белая, с широкими расползающимися лучами, а лунная – черная и гладкая. Эмблема была небольшой, может, дюйма полтора, и находилась на шее сбоку. Я потрогала ее. Метка показалась тверже татуировки, но кожа под пальцами была гладкой. Необычное ощущение.

Два парня за стойкой пустынного кафе косо посматривали на меня, поэтому пришлось вылезти из машины. Я вытащила несколько купюр, которые Калеб засунул в пепельницу, и подошла к стойке. Это место было из тех, где скамейки стоят на открытом воздухе под зонтами.

– Привет! – Я старалась говорить нормально.

– Привет. Чего желаете?

– Э… – Все сорта мороженого были известными, но какие они на вкус, я не представляла. – Что из этого похоже на Роки-Роуд?

Продавец оживился:

– Роки-Бальбоа, конечно.

– Ладно, тогда я возьму маленькое Роки-Бальбоа.

Я отдала деньги и подождала, пока мне сделают порцию. Парень подал мне мороженое и улыбнулся:

– Что-нибудь еще?

– Нет, спасибо.

– Вы уверены? Похоже, вы… чем-то расстроены.

– Я в порядке. Все равно спасибо.

– О’кей. Доброй вам ночи, мисс.

Я его старше на год, не больше, а он обращается ко мне «мисс». Виной тому обретение силы: я стала выглядеть по-другому.

Я пошла к столику и села.

Передо мной на столике сиротливо лежал телефон. Я получила еще две эсэмэски от Биша, три раза звонил Калеб, потом был еще один пропущенный звонок – уже от папы. Ничего себе.

Я оттолкнула телефон и съела ложку вязкого вкусного пломбира. Я начинала успокаиваться и теперь могла поразмыслить, не переборщила ли. Нет, не переборщила. Это они сошли с ума.

Они кланялись! Кланялись мне!

Когда от мороженого ничего не осталось, я выбросила тарелочку и решила прогуляться. Я понимала, что уже темно и время позднее, тем более в Калифорнии, но вернуться к джипу и поехать домой еще не могла.

Признаться, я даже не была уверена, что помню, как возвращаться.

Я обратила внимание на расчищенный участок сбоку от киоска – видимо, он служил для чего-то важного. Подойдя поближе, я заметила небольшую площадку, окруженную со всех сторон большими каменными глыбами. Надпись гласила, что это мемориал в честь мужчин и женщин, которые служили своей стране.