Очарованная

Он – или она, но для простоты будем говорить «он» – верит, что убивать собственных союзников – лучшее, что он может сделать, чтобы свергнуть правительство.

Прежде чем Йен смог ответить, они услышали, как открылась и закрылась дверь парадного входа.

Вошел Джозеф Ферроу, на ходу снял плащ и передал его в руки слуги Джитера.

Он ничуть не удивился, увидев в приемной сына в обществе сыщика. Йен встал и наклонил голову в знак уважения.

– Ну? – спросил Джозеф, потом взял себя в руки и продолжил: – Простите меня.

– Конечно, – пробормотал Йен.

– У нас есть несколько теорий, отец, – начал Марк, а затем изложил свои предположения.

– Это возмутительно! – заявил Джозеф. – Зачем антимонархисту убивать своих?

– Он создает мучеников и одновременно старается опорочить монархию, – объяснил Марк.

Джозеф налил себе виски и стал шагать взад-вперед по комнате.

– Когда-то уже были люди, которые старались обвинить монархию во всех ужасных делах Джека-потрошителя, – сказал он и покачал головой.

– Нет, не пройдет, – заверил его Марк.

– Итак, что у вас есть? – спросил Джозеф, обращаясь к детективу.

Йен виновато взглянул на Марка:

– Лорд Ферроу, я убежден, что убийца – состоятельный человек. Я думаю, что он так легко скрывается с места преступления потому, что каждый раз, когда он совершает одно из своих губительных дел, его ждет карета.

– Многие считали, что потрошитель скрывался с места преступления в карете и что именно поэтому его никто не видел, – стал рассуждать Джозеф. – Кроме того, путь потрошителя лежал через кварталы, где много скотобоен. Там чуть ли не половина жителей носят фартуки, запачканные кровью животных. В нашем случае… – Лорд на секунду опустил взгляд в землю, задумался, встряхнул головой и закончил: – В нашем случае, детектив Дуглас, я думаю, что вы можете быть правы.

– Значит, по-прежнему будем рассматривать все варианты, пока не найдем верный, – пробормотал Марк.

Йен Дуглас поставил свой стакан обратно на столик из вишневого дерева:

– Спасибо вам за гостеприимство. Мне пора уходить.

– А вам, детектив, спасибо за помощь, – поблагодарил Джозеф.

– Это моя работа, – возразил Йен.

Джитер подошел к нему, чтобы провести его к выходу.

Когда детектив ушел, Джозеф Ферроу взглянул на сына:

– Ты еще не спросил меня о бале в честь твоей помолвки.