Пепел Атлантиды

– Готова?

Он не особо любил прикосновения, поэтому, когда он притянул ее к себе, стало еще страшнее.

– Скоро увидимся, – сказала она друзьям, а потом толкнула дверь. Петли скрипнули, и она распахнулась, открывая…

– О, чудесно, еще лестница, – проворчала она.

Киф фыркнул.

– Бурчи побольше, Фостер. Поможет.

Она в последний раз оглянулась на друзей и вслед за Тирганом прошла внутрь. Дверь захлопнулась за ними, и они оказались в оглушительной тишине маяка. Она даже не осознавала, каким громким был ветер – и тот странный проникновенный гул, – пока камни не отрезали все звуки.

– По шкале от одного до десяти, – прошептала она, вступая на винтовую лестницу, – насколько все будет плохо?

– Скажу честно, Софи, я не представляю, как ты отреагируешь. Но я буду рядом, если понадоблюсь – либо как плечо, в которое можно поплакать, либо как тот, на кого можно накричать.

Если раньше Софи не была на грани паники, то его слова определенно подтолкнули ее ближе. Но она сфокусировалась на своих шагах и досчитала до трехсот восьмидесяти семи, пока не добралась до еще одной выщербленной двери, в этот раз сделанной из крепкой красной древесины.

Круглый зал, открывшийся за ней, был небольшим, с потрепанными креслами и потускневшими коврами. Но из-за этого комната казалась приятно обжитой, и Софи расслабила плечи. Ей представилось, как здесь сидят гости, попивая чай и глядя через изогнутое окно на бесконечную спокойную синеву.

Но тревоги вернулись, как только потолок скрипнул под тихой поступью.

Шаги.

Она заметила узкую лестницу в тенях в тот же момент, как осознала, что шаги приближаются к ней – и постаралась подготовиться к встрече с тем, кто спускался по ступеням. Если Киф был прав – если в комнату войдет Тимкин Хекс и заявит, что будет ими командовать – ей придется как-то с этим смириться.

Но появился не он.

Закричав, она попятилась и затрясла головой с такой силой, что мозг будто забился о череп – потому что перед ней просто не мог стоять раздувшийся морщинистый мужчина.

Он не мог.

И все же, нервно улыбнувшись, мистер Форкл сошел с лестницы в комнату, и в воздухе повеяло грязными ногами – запах морщиники.

Встретившись с Софи взглядом пронзительных синих глаз, в которых мелькнул десяток нечитаемых эмоций, он пробормотал:

– Ну и сложно же вам, детям, придется.

Глава 18

– Вы живы? – спросила Софи, пытаясь осознать, что видит.