Плейбой из Теннесси

– Мне тоже сложно сказать, что будет с Алисой. Может быть, она когда-нибудь станет успешным дизайнером. Она на самом деле довольно талантлива. Ей просто нужно понять себя.

– Я знаком с индустрией моды. Моя мама была моделью. Сейчас она управляет империей косметических товаров. Ее зовут Мелинда Миллер.

– О, так это ваша мама? – Мэри сделала вид, что не знает ничего о бывшей жене Кирби. – Я видела ее рекламные ролики по телевизору. Черт возьми, вы действительно из известной семьи! Не Кеннеди, конечно, но все же…

Брэндон искренне засмеялся, правда, секунду спустя оба неловко замолчали.

Наконец Мэри произнесла:

– Надеюсь, я не выглядела странной? Рассказывая так много о сестре, ее парнях… Обычно я не так откровенна с незнакомцами.

– Я тоже.

Он подмигнул ей.

– Но больше мне бы хотелось услышать о ваших парнях.

Мэри покраснела. Брэндон явно флиртовал с ней, а она совсем растерялась.

– Моя личная жизнь не столь интересна. Мне двадцать пять лет, и серьезные отношения были лишь однажды.

Брэндон подошел ближе к Мэри.

– Вы еще так молоды! У вас полно времени, чтобы встретить достойного парня. В отличие от меня… Мне уже тридцать семь лет.

– Могу поспорить, у вас было много девушек.

Мэри и так уже знала все о Брэндоне: все его профили в соцсетях были заполнены фотографиями красивых женщин.

Он пожал плечами:

– Я очень скромный – по сравнению с Томми. Женщины всегда бросались на него. Но сейчас он женат, они ждут ребенка.

– Это просто замечательно!

Мэри читала в биографии Кирби о Томми и его жене Софи. Отношения Мэтта и его невесты, Либби, также были описаны там.

– Неужели у юристов из звездной тусовки нет поклонниц?

– Ну, как сказать…

Брэндон подошел еще ближе к Мэри.

Она чувствовала, что воздух между ними словно наэлектризован. Внезапно она представила, каким он мог бы быть любовником: страстным и горячим.

– Думаю, сейчас должен с вами расстаться.

– Конечно! Вы пришли сюда, чтобы погулять с Клайном, а я вас отвлекаю.

– Я был бы очень рад.

Брэндон говорил мягко, плавно, гладко. Его речь напоминала тягучий виски из Теннесси, который он, вероятно, часто пил.

– Я тоже.

Сердце Мэри отчаянно колотилось. Она почувствовала его свежий летний одеколон.

– Я буду здесь, на том же месте, в то же время, – произнесла она.

– Мы обязательно придем. – Он погремел поводком.

– Хорошо.