Растопить ледяное сердце

А очень скоро ей пришлось взять на себя заботы о Ханне. Она выплыла.

– Да.

– Расскажи, как ты получила работу. Признаться, многие удивились, ведь у тебя не было никакого опыта в модельном бизнесе. Переспала с боссом?

– Не говори глупостей, – огрызнулась она не сдержавшись. – Ему было за шестьдесят.

– Иначе ты бы не устояла перед искушением? – Он откинулся на стуле и улыбнулся, радуясь, что добился от нее реакции. – Из собственного опыта знаю, что у спортсменок отменный сексуальный аппетит. В постели ты была невероятно горячей, Джесс.

Да и вне ее. Тебе всегда хотелось больше, правда?

Джессика заставила себя проигнорировать откровенный выпад, хотя в нем была доля правды. Он играл с ней, как кот иногда играет с пойманной стрекозой, прежде чем придавить лапой трепещущие крылышки. Но у нее нет выхода, кроме как поддержать игру. Что делать, если баланс силы далеко не в ее пользу? Она не могла демонстративно хлопнуть дверью: дело не только в выживании – ей не позволяла гордость. Пусть работа досталась ей по случаю, но судьба таким образом компенсировала ей разбитые мечты.

Джессика гордилась своей карьерой и не собиралась без борьбы отказаться от нее в порыве праведного негодования, потому что вопросы задавал мужчина, которого она не могла забыть.

– Ты действительно ждешь ответа или просто получаешь удовольствие от того, что оскорбляешь меня? – тихо спросила она.

– Говори.

Джессика сделала глубокий вдох, как обычно перед первой подачей в матче.

– Ты знаешь, что я порвала связку и на этом оборвалась моя теннисная карьера? – Она взглянула в его лицо, но, против ожидания, не увидела признаков сочувствия.

Он холодно кивнул. Интересно, знал ли он о гибели ее отца?

– Слышал, это случилось накануне крупного международного чемпионата.

– Верно. Об этом много писали в прессе. Меня считали…

– Тебе прочили победу, – заметил Лукас. – Несмотря на юный возраст, у тебя были реальные шансы выиграть турнир Большого шлема.

– Все правильно, – сказала Джессика, и голос дрогнул вопреки умению сохранять хладнокровие.

Сколько бы она ни убеждала себя, что случаются худшие вещи, чем оборвавшаяся на взлете карьера, но мысль об этом причиняла боль. Джессика думала о бесконечных тренировках, о боли, об удовольствиях юности, которых была лишена. Дома ее встречала сдержанная холодность вечно недовольного отца, требовавшего от нее все больших усилий. Она жила на пределе возможностей, принося жертву за жертвой, но отцу было мало.