Запретная женщина

– Восемнадцать?!!

Она оказалась младше самых смелых предположений Джека! Он всмотрелся еще внимательнее, отметив, что очарование юности способно взволновать даже того, кто совсем не собирался волноваться. Джек поймал себя на эротических фантазиях – совершенно ему ненужных, нежеланных и несвоевременных. Но тело напряглось, стоило мыслям даже слегка коснуться запретной темы секса.

– Я полагал, мне подберут кого-то поопытнее.

Его недовольный тон заставил все инстинкты Эшли, ответственные за выживание, занять круговую оборону.

Она ни в коем случае не хотела лишиться работы, еще не успев приступить к ней и показать себя в деле. Она вздернула подбородок:

– У меня достаточно опыта для того, ради чего вы меня наняли, мистер Марчант.

– Джек.

– Джек, – поправилась Эшли.

– Возможно, я не так выразился. – Он пошел на уступку. – Я ожидал даму средних лет, которая будет не против поселиться, пусть даже временно, в этом пустом и темном уголке страны. – Джек нахмурился.

Он надеялся, что девочка не настроила себе иллюзий насчет условий жизни и работы в его особняке. – Здесь нет ни одного ночного клуба. У нас тихо, как в могиле. Никаких ярких неоновых огней и больших пабов.

– Я не увлекаюсь яркими огнями и ночными клубами.

«Нет, конечно нет», – подумал Джек. Он не мог представить эту по-монашески скромно одетую и причесанную девушку беснующейся на танцполе в маленьком платье из блесток.

– Даже если так, молодой девушке в наших краях ничего не стоит зачахнуть от тоски.

Эшли покачала головой, гадая, действительно ли в его словах таилось какое-то мрачное предупреждение или оно ей просто послышалось.

– Я постараюсь не чахнуть. К тому же в определенных обстоятельствах восемнадцать лет – это не так мало, как принято считать.

– Это очень мало, уж поверьте мне, – возразил Джек с горьким смешком.

Он попытался вспомнить, было ли его лицо когда-нибудь таким же свежим и гладким, а глаза – такими же чистыми и блестящими, как у нее.

Если да, то очень давно. До армии, до того как… Губы его сжались. До того как в лотерее, называемой жизнью, ему выпал билет в один конец до преисподней.

– Для того, кто старше тридцати пяти, вы еще младенец.

«Интересно, а сколько ему лет? – попыталась вычислить Эшли. – Тридцать пять? Сорок?» Но тут до нее наконец дошло, какие катастрофические последствия будет иметь для нее отказ Джека Марчанта от ее услуг.