Война-56. Книга 1. Зов Лавкрафта

Отель «Париж» пока не загорелся, его поливали из шлангов пожарные (Коннери видел их черные фигурки). Все, пора было ехать.

Эпоха Гримальди закончилась.

– Отчаливаем! – крикнул Корнуэлл и ушел к штурвалу.

Коннери вспомнил о главном, перепрыгнул на берег, отвязал швартов, перебросил его на борт яхты. Прыгнул вслед. Палуба под ногами вздрогнула и задрожала – Дэвид включил моторы. Все-таки это была шпионская яхта, а не просто старое суденышко.

Яхта медленно начала сдавать назад, разворачиваясь. Вода за кормой забурлила.

Несколько яхт уже пылали. Две успели отойти от берега и уходили подальше от убийственного огня.

Коннери наблюдал, как «Королева юга» развернулась носом в открытое море и дала малый вперед. Они прошли мимо причала. Корнуэлл стоял у штурвала. Приходилось лавировать, чтобы избежать столкновения с обломками в воде. Коннери ждал, что они вот-вот напорются на что-нибудь, но Дэвид оказался молодец. Пару раз они чудом избежали столкновения с другими яхтами.

– Идите в каюту, – сказал Коннери.

Грейс не ответила. Как завороженная она наблюдала, как сгорает ее дом, ее княжество. Ее сказка.

Яхта набрала ход и теперь рассекала пену, взлетая с волны на волну. Море под ней казалось черным и бездонным, словно преисподняя. И там не было ничего.

– Почему я с вами? – Грейс наконец нарушила молчание.

– Потому что вы нам нужны.

Грейс покачала головой. Невероятно красивая даже в такой момент.

– Я могла бы быть там, – сказала она, глядя на пылающий дворец. – Вместе с моим мужем.

Бесчувственный Дэвид хмыкнул. Он стоял спиной к ним за штурвалом.

– Да, – сказал Коннери.

Грейс повернула к нему лицо, глаза блестели:

– Кто вы такие?

– Секретная служба ее величества.

– Шпионы?

– Что-то вроде.

– Вы могли спасти моего мужа, – это был не вопрос, а утверждение.

– Возможно. Но мы были уверены, что опасность угрожает только вам.

– И вы ошиблись.

– Да.

– Знаете, – сказала она, глядя на удаляющийся берег. – Когда это случилось, я вдруг забыла, что Каролина… моя дочь… сейчас во Франции, у тети.

Я почему-то подумала, что она там, во дворце… – Грейс подняла голову. – Там, где все это… – она посмотрела на Коннери. – И тогда я умерла. Не знаю, сколько прошло, прежде чем я вспомнила, что дочери там нет… мне казалось, целая вечность. Целую вечность меня не было. Я умерла. А теперь я снова живу. Но многие хорошие люди погибли. Я живу, но не чувствую, что я живая. Мне так холодно. Так холодно.