Не спи под инжировым деревом

И почему Сайке этого не хотелось? Оно же, чёрт подери, так романтично! Кроме того, костёр согрел бы нас лучше, чем стены дачного домика.

Словно группа диверсантов-ниндзя, мы бесшумно разбежались по разным углам участка в поисках горючего материала. Один раз Эмиль наступил на какую-то арматуру и завопил, вызвав лёгкий переполох с последующим словесным линчеванием (а Джонни даже ткнул его кулаком под рёбра). Я нашёл большую ветвь не опознанного мною дерева, такую сочную, что гореть в костре она вряд ли стала бы, но я всё равно её прихватил из жадности.

– Где Мика? – спросил Эмиль.

– Не знаю, – отозвался Ниязи и заорал изо всех сил: – Мика!!!

– …твою мать! – Джонни чуть не выронил сигарету. – Сам же говорил, что нельзя шуметь.

– Я пошутил. И ты не делал ничего такого с моей матерью. И если ты ещё раз при мне используешь ненормативную лексику – я… я больше не буду с вами дружить. Мика!!!

Мы прислушались, и до нас донёсся тихий и жалобный стон:

– Я здесь…

– Ну и где он? – скорчился Эмиль.

– П….те на запах денег, – съехидничал Джонни, проигнорировав страшное предупреждение Ниязи.

Подсвечивая себе дорогу Сайкиным айфоном, я направился в ту сторону, откуда раздавался голос Мики.

– Чуваки! Помогите мне!

Над моей головой, едва не задев макушку, пронеслась перепуганная летучая мышь. Я и сам испугался. И меня совсем не успокоил вид двух глаз, тускло сверкавших белками откуда-то из-под земли.

– Я здесь! – пискнул Мика. – Провалился в яму.

– А чего не вылез? – тупо спросил я, ещё не отойдя от шока.

– Здесь что-то налито. Какая-то грязь. Я застрял. И, кажется, погружаюсь.

Тут подоспели остальные. Увидев Мику в яме с непонятной жижей, Ниязи предался исступлённому веселью, почти падая на колени от хохота, поэтому помощи от него в спасении Мики не было никакой. Тут и пригодилась моя веточка – трогать Мику руками никто не рискнул.