Чувственное приключение

Хелен пожала плечами:

– Мне нравится семейная практика за то, что можно самим планировать и прием, и прививки, и профилактику. Это позволяет жить в определенном ритме, не правда ли?

– Не могу с вами не согласиться. – Долгое время Броди думал, что его жизнь складывается весьма удачно. Он семейный врач и семейный человек.

Таков был, по крайней мере, план. Но с семьей как-то не сложилось. К этому времени Броди уже принял предложение доктора Уоткинса о покупке его практики и ни разу не пожалел об этом. Он был счастлив.

Ему нравились пациенты, нравилось работать с детьми, нравилось наблюдать, как растут и меняются семьи.

Он получал от работы удовлетворение. Со временем добавил к работе волонтерскую деятельность – вел прием в клинике в Алабаме, в приюте для бездомных в штате Мэн. Не упустил возможность отправиться за океан поработать врачом в составе ограниченного военного контингента.

В течение месяца он бок о бок с другими врачами колесил по афганским деревням, оказывая необходимую медицинскую помощь нищему местному населению под защитой американских военных.

Броди думал, что в Афганистане у него все сложится по-другому. Так оно и вышло, хотя совсем в ином плане. С той поры он не знает покоя.

– Вы в порядке, док? – спросила миссис Магуайер.

– Да, все хорошо. – Его взгляд снова упал на лекарства. – Просто отвлекся. Я выйду на ланч, не хочу есть в кабинете.

– Конечно. Всегда полезно нарушить рутину, – улыбнулась Хелен. – На свежем воздухе все видится в более радужном свете.

Броди сомневался, что воздух может сотворить с ним чудо, а вот прогулка может отвлечь.

Он вышел из офиса. Стоял по-летнему теплый день, несмотря на конец сентября. Броди направился вниз по улице, на ходу приветствуя соседей – мистера Саймона, владельца мастерской по починке обуви, миссис Типп – владелицу художественной галереи, и Мило – хозяина трех магазинчиков, торгующих всякой всячиной.

Броди шел в том же направлении, что и в предыдущие дни. Он редко заходил в кафе, чтобы перекусить.

Просто прогуливался туда и обратно. Он столько раз проделывал этот путь за последние несколько недель, что не удивился бы, увидев проторенную по тротуару дорожку из собственных следов.

Завернув за угол, Броди достал из кармана потрепанную открытку с завернувшимися краями, но по-прежнему четким текстом:

«Привет, Супермен, береги себя, возвращайся целым и невредимым. Любим и скучаем, особенно я. Без тебя здесь все не так. Люблю тебя, Кейт».