Обычный день

Или сказала бы, что вернулись прежние времена, когда она не сомневалась в решениях, которые принимал ее отец, а лишь молча исполняла приказы, и теперь с облегчением готова признать, что снова решать станут за нее, и жизнь, предопределенная, как раньше, вновь обретет ясность. Или произнесла бы, непременно краснея из-за двусмысленности, что они, как и все супружеские пары, – две половинки того, что в сущности является естественным единением.

– Временами бывает очень одиноко, – обронил он в тот вечер за ужином в ресторане у моря, где даже салфетки пахли рыбой, а голые дощатые столы шершавились крупицами соли.

 – Одинокому человеку нужен хоть кто-нибудь. – И спохватившись, что его слова прозвучали не слишком тепло, торопливо добавил: – Конечно, не всем выпадает удача встретить такую очаровательную юную леди, как вы.

Она жеманно улыбнулась, прекрасно понимая, что близится решение ее судьбы.

Спустя три недели и шесть дней на ступеньках обшарпанного многоквартирного дома она коротко представила себе ближайшие выходные: ей по совершенно очевидной причине вовсе не хотелось покупать слишком много продуктов, но если все повернется так, что она окажется здесь, то в воскресенье еду купить не удастся.

«Значит, ресторан, – подумала она, – нам придется пойти в ресторан», – они не были в ресторане с того первого вечера вместе, хотя им, в сущности, не приходилось экономить. И все же они понимали, что их относительно крупный общий счет в банке не стоит тратить попусту. Вслух они об этом не говорили, однако миссис Смит с ее особым чутьем прониклась уважением к тому, как муж распоряжается семейным бюджетом, и безмолвно с ним согласилась.

Три пролета узкой и высокой лестницы представлялись миссис Смит символами, которые она унаследовала; символами, всегда жившими в ее сознании и возвращающимися к ней то и дело; теперь же они стали в ее глазах вечными ступенями вверх, ввысь – как неизменный образ всей ее жизни. Иного выбора у нее не было, лишь идти вверх, подниматься с усилием, если уж иначе никак.

Стоило развернуться и пойти вниз, по тем же самым вехам, что она запомнила, поднимаясь, тогда пришлось бы вновь подниматься, начав, как она уже почти поняла, поиск неизменного пути, который всегда оканчивался бы одним и тем же.

– Так со всеми бывает, – утешила она себя, поднимаясь по лестнице.

Гордость бы не позволила ей искать себе оправдания, а потому она даже не старалась ступать тише по площадке второго этажа.