СССР 2010. Пионер – ты в ответе за всё!

И когда ко мне подошла Зосимова, у меня сердце упало, последний шанс заработать таял на глазах. Я и Ленке ничего не ответил, что ее добило окончательно, и шел сюда как на расстрел. Но теперь, глядя на отвратные вирши старого му… поэта не мог понять, они серьезно подозревают меня в плагиате этого?!

Глава 2

– Бред, – повторил я, бросая брошюру со стихами на стол.

– Выбирайте выражения, молодой человек! Ты комсомолец. Пока еще… – хлопнула по столу ладонью Зайцева, выделив голосом последние слова.

 – И находишься не с дружками в шалмане или где там подобные тебе собираются, а в приличном обществе! И вести здесь себя надо соответствующе! Хотя, думаю, ты даже не понимаешь, что это значит. Я сразу, сразу была против его вступления в комсомол, и если бы не…

– Это просто какой-то позор, – тяжело вздохнул райкомовец Лаптев. – А ведь я уже доложил наверх. Сам товарищ Васнецов заинтересовался и приказал срочно выпустить диск. И что теперь? Что я ему скажу? Что ничего не получится, потому что малолетний сопляк не нашел ничего лучше, чем украсть чужие тексты?!

– Подождите… – робко начал директор, но его перебил сам Аристарх Митрофанов, до этого со скорбным видом кивавший в такт словам партийных и комсомольских работников.

– А я считаю, что не стоит торопиться, товарищи, – выглядел секретарь парткома Союза писателей сейчас, как добрый дедушка, внуки которого устроили очередную шалость, и их надо бы отругать, но при этом видно, что он их сильно любит, только вот я на такое давно не велся, самые крупные гадости в моей жизни были сделаны именно такими людьми.

 – Все мы были молоды, и все ошибались. Партия учит нас, что людям нужно давать второй шанс. Я не обижаюсь, сам когда-то горел творчеством, мне казалось, что я могу взять чьи-то стихи и сделать их лучше, и тогда старшие товарищи указали мне, что это ошибочный путь. Вот и сейчас мое мнение, что надо простить юное дарование, если, конечно, он осознает свою вину, извинится, и… вернет то, что украл.

– Хм… – задумался Максим Захарович, барабаня по столу пальцами, а затем будто расцвел. – Если вы так считаете, Аристарх Владленович, тогда никаких проблем не будет! Можно не останавливать запись диска, просто изменить имя автора стихов! Это же отлично, товарищи!

– Но подождите, разве мы можем оставить такой проступок безнаказанным?! – естественно, Зайцева не могла меня просто так отпустить.