Найти Кайлера

 – Не знаю, как мне удалось сказать это с непроницаемым лицом.

Вид у него стал обиженным.

– Превосходно, – прошипел он.

Когда стало ясно, что финиш уже близко, я убрала ногу и отодвинулась.

Вот теперь 1:1.

Кэлвин почти сполз со стула с таким выражением лица, будто у него в заднице застрял ядерный реактор, который вот-вот должен был рвануть.

– Я в туалет, – выдавил он и вылетел из комнаты, пока я едва сдерживалась, чтобы не взорваться от смеха.

Кайлер отвернулся, но я успела заметить, как легкая улыбка тронула уголки его губ.

Кэлвин безусловно выиграл в первом раунде, но сейчас я его сделала.

* * *

– Мы можем поговорить? – спросила я у Джеймса после завтрака следующим утром.

– Конечно. Пойдем в кабинет.

Его кабинет располагался в пристройке, попасть в которую можно было по лестнице из холла. Спальня, которую он делил с Алекс, как и их личные комнаты, располагалась тут же.

Он провел меня в кабинет, и моя челюсть снова отвисла. Библиотека здесь в точности походила на киношные, как в тех старинных особняках.

Разве что высоких потолков не было. Ряд за рядом полки вмещали тысячи книг. С одной стороны стоял элегантный стол из красного дерева с таким же стулом, а напротив, у старинного камина, примостились два огромных «дедушкиных» кресла с красной вельветовой обивкой. Словно сотни миль отделяли этот кабинет от современного интерьера особняка. Здесь царила уютная атмосфера и старомодный шарм.

– Присаживайся, – предложил Джеймс, и я плюхнулась на стул.

Он подошел к столу и вытащил из ящика два массивных фотоальбома в кожаном переплете. – Полагаю, ты хочешь спросить о маме?

– Да. – Не помню, чтобы эта мысль покидала мою голову с тех пор, как я узнала о таинственных родственниках из Америки. – Почему вы не общались?

Он глубоко вздохнул и налил себе что-то из хрустального графина, а, заметив мой скептический взгляд, пояснил:

– Знаю, что рановато, но тут придется выпить.

Сев на стул, он глубоко задумался, словно выпал из реальности, а затем поднял на меня взгляд пронзительных голубых глаз.

Сейчас он был совсем не похож на отца стольких детей. Может, это все из-за качества жизни.

– Мне было девятнадцать, когда твоя мать сбежала, – начал он свой рассказ, медленно вращая янтарную жидкость в стакане.

– Мы были близки как близнецы, даже еще сильнее. – Он вдруг оглянулся, словно призраки прошлого преследовали его, пытаясь хорошенько напугать. Кадык дернулся.