Приговоренные к любви

Он застывает, но вряд ли кто-то это замечает, кроме мускулистого парня, который смотрит на меня с любопытством.

Бен прочищает горло.

– Я не намереваюсь проявлять неуважение и, возможно, мы придем к какому-нибудь соглашению в отношении этой девушки.

– Какому соглашению? – скрежещет сквозь зубы Саверио.

Я бросаю быстрый взгляд на диваны. Все девушки чинно сидят со скучающим видом, по-прежнему голые, и смотрят куда угодно, но только не сюда. Интересно, они накачаны наркотиками или просто так безразличны к этому миру, что больше ни на что не обращают внимания? В какой-то момент кто-то убавил музыку, и она теперь играет негромко, фоном.

– Уступите мне ее, и я буду вам должен личную услугу.

Друг Бена вскидывает голову и на долю секунду выглядит встревоженным, затем его лицо принимает вышколенное нейтральное выражение.

– Это может быть что угодно, и вы можете обратиться в любое время.

Я не могу расшифровать взгляд, который Бен устремляет на Саверио.

Саверио смотрит на него целую вечность, а затем молча обменивается взглядами с высоким мужчиной с проседью.

Саверио переводит взгляд обратно на Бена.

– Согласен.

Я чуть не падаю от облегчения, но опасность еще не миновала.

– Но девушка останется здесь с тобой, – Саверио пригвождает меня самодовольным взглядом, и вся кровь отливает с моего лица. – И ты отвечаешь за нее и ее подруг. Если до меня что-нибудь дойдет, я возложу на тебя личную ответственность. За последствия придется заплатить.

– До вас ничего не дойдет.

Даю слово. И я соглашусь на ваши требования, если она будет моей и только моей, – Бен мрачно смотрит на зверюгу. – И никто не посмеет к ей прикоснуться.

– Я буду наблюдать, как ты ее трахаешь, и сделка заключена.

Это еще что? Я ощущаю эти слова каждой клеточкой тела. Я коротко взвизгиваю, и Бен пронзает меня свирепым взглядом, предупреждая молчать.

– Хорошо, – говорит он, как будто не согласился только что прилюдно трахнуть меня.

При любом другом раскладе я бы прыгала от радости, но я вовсе не хочу, чтобы Бен трахал меня по обязанности, из чувства вины или чтобы защитить.

И меня тошнит при мысли, что все эти отвратительные старые извращенцы увидят меня обнаженной и в интимной ситуации с Беном. Но это лучше, чем подвергнуться насилию от этих ублюдков. У меня появляется надежда, что я переживу эту ночь, чего нельзя было сказать еще пару минут назад.

– Держись, – Бен поднимает меня, выдергивая из моих мыслей.