Одинокая птица

– Значит, просто хорошие друзья, – пробормотал Гаурав, заметив выражение лица брата, который продолжал пялиться на дверь, за которой скрылась Рия, еще добрых пять минут.

Дхрув резко поднялся:

– Мне нужно позвонить на работу. И если мы куда-то пойдем, то не пора ли тебе принять душ и переодеться? Если только ты не намерен покорить Мумбаи, появившись на людях в психоделической пижаме.

Гаурав скривился и пошел в ванную. Дхрув – его любимый двоюродный брат, но у него острый язык. Гаурав запомнил, что больше не следует шутить с ним по поводу Рии.

– Ради бога, Чанг! Ты должен был сам с этим разобраться! – рассерженно воскликнул Дхрув в телефонную трубку через сорок минут.

Он подошел к окну и выглянул на улицу, нахмурившись, а его заместитель пустился в длительные объяснения нынешнего кризиса на работе. Он очень редко сердился на своих подчиненных, но сейчас был на грани срыва. «Моя поездка оказалась не такой, как я планировал», – подумал Дхрув, прерывая заместителя на полуслове и кладя трубку.

Он знал, что излишне суров с Чангом и причина его злости никак не связана с возникшими проблемами. Встреча с Рией совершенно выбила его из колеи.

Он часто думал о ней с тех пор, как они расстались. Его воспоминания пробуждали в нем чувство вины и необъяснимый гнев. Рия была по уши в него влюблена, а он отверг ее без всяких объяснений. В то время он думал, что поступает правильно, но теперь осознавал свою глупость.

Он слишком рано понял, что им не быть вместе.

В двадцать лет, насмотревшись на неблагополучные отношения родителей, он решил, что влюбляться нельзя. До встречи с Рией у него даже не было повода кем-то увлечься. Она писала диплом бакалавра в области компьютерных технологий, а Дхрув учился на последнем курсе архитектурного факультета. Когда они познакомились, его поразила ее жизнеспособность и энтузиазм. Он увлекся ею так быстро, что даже не понял, как это произошло. Рия была красива и умна, но это он заметил чуть позже.

Несколько месяцев он заставлял себя думать о Рии как об интересном собеседнике-интеллектуале, а не о женщине из плоти и крови. Реальность поразила его в тот момент, когда он помогал ей с чертежом. Она с силой сдавливала карандаш, а он наклонился к ней, чтобы разжать ее пальцы. Ее волосы пахли лимоном и мандарином; Рия, смеясь, повернулась к нему, и Дхрув понял, что не в состоянии отвести взгляд от ее широко раскрытых глаз цвета корицы.