Или кормить акул, или быть акулой

Амир с кошачьим проворством выхватил у меня мой чемодан и понес за ручку, несмотря на то, что его можно было и катить на колесах, а ваша без лишних вопросов отобрал гигантский пакет Арби, и меня позабавило то, какие трудности – пускай и скрытые за его напускным равнодушием – он испытал.

На выходе из аэропорта первым делом нас встретила прекрасная миниатюрная мечеть, которая выглядела так, будто там поместится не больше пары молящихся мужчин сразу. Она выглядела очень умилительно и завораживающе, с золотой звездой и полумесяцем, украшавшими минарет на граненом куполе, и отражая солнечный свет, возведший все золото ее цветов в абсолют.

Мы прошли мимо нее, и, если бы не этот сумбур и витавшая над нами необоснованная спешка, я бы помолился.

Водрузив сумку с чемоданом в багажник, мы сели в большой черный джип ваши. Висайт спросил, куда отвезти Арби.

– На Розы Люксембург.

– Принято!

Вопреки попыткам Арби отмахнуться, в итоге мои дядя с братом сумели настоять на своем и заставили его занять переднее пассажирское место.

Пока мы ехали, я метался, вращаясь вокруг своей оси, и пытаясь высмотреть все, что возможно. Дорога из аэропорта сначала тянулась, расставив деревья в ряд по обе стороны. Виднелись горы; вокруг были желтые от песка и зеленые от травы пустыри; огороженные домики, заброшенные и строящиеся. Пару раз в закрытое окно влетали смолянисто-черные жуки, отскакивавшие при ударе, как резиновые мячики. Навстречу нам на этой протяженной прямой дороге мчали автомобили и такси, и я мысленно сочувствовал тем людям, что покидают город.

Я же был переполнен волнением и предвкушением, но я не мог сказать, что именно меня прельщало. Я понимал, что со временем свыкнусь, и все перестанет быть таким притягательным, таким чрезвычайно особенным и интересным. Но я, пожалуй, этого и хотел – чтобы Грозный стал для меня обычным делом, чтобы вселился в меня и протекал в венах, пронизывал сосуды, оседал в легких и выходил из меня вместе с дыханием. Ведь мы не ценим сполна вполне себе обыкновенный кислород, пока не нырнем воду и не осознаем, что под ней нам долго не протянуть.

Прямота дороги уперлась в автозаправку, и теперь мы свернули направо, петляя, и подбираясь все ближе к городу. Я был подобен потерянному в раннем детстве волчонку, который спустя годы сумел напасть на след своей стаи, и, почти встретившись с ней лицом к лицу, замедлил шаг и стал красться, боясь, что его не сразу признают за своего.