Или кормить акул, или быть акулой

Мы засмеялись и пожали друг другу руки, приобнявшись. Не выпуская его руку из своей, я подозрительно нахмурился:

– Эй, ты же сказал, что живешь за «Гранд Парком».

– Так и есть. Тут живет моя тетя. Эти сервизы для нее, – он потряс рукой с тяжеленым пакетом.

– Понятно.

– Ну, ладно. Свой номер я тебе дал, обязательно созвонимся, как появится время, хорошо?

– Лады.

Он дождался, пока мы уедем. Это было что-то вроде пункта в правилах чеченской этики – дожидаться, пока машина с гостями или другими людьми, с которыми ты минутами ранее был чем-то связан, отъедет и исчезнет из поля зрения.

Мы с ним оба знали, что значит «как появится время». По приезде в Чечню всегда необходимо показаться всем ближайшим родственникам, а у каждого чеченца из ближайших родственников состоит не меньше десяти семей, и, как правило, на это уходит немалое количество времени, ведь внимание нужно уделить всем. Я очень любил своих родственников, но обычно такие марафоны всегда утомляли. В этот же раз я ощущал какой-то особенный голод до встречи с каждым из них.

У ваши был двухэтажный дом в Мичуринском поселке, но на поселок это было похоже мало, ведь уже на находящейся параллельно заполняющим его домам улице простирались городские дороги. Черные ворота их дома произрастали из двух квадратных столбов из дробленого белого кирпича. Выгрузившись, мы прошли через дверь, проделанную в них. Джип не стали парковать во дворе, потому что он был слишком велик и занял бы все пространство перед домом. Под ногами по всему двору в шахматном порядке была размещена каменная плитка, чередовавшая бордовый цвет и цвет асфальта.

Впереди располагалась огибавшая контуры круглого крыльца лестница из пяти белых ступенек, сужавшихся по мере их приближения к парадной двери. Справа от дома стояло что-то вроде пристройки, но никаким образом к дому не пристроенной. Пристройка была одноэтажной, а переднюю стену представляли собой затемненные высокие окна, и, если бы не прямоугольные разграничения из синих пластмассовых вставок, можно было вполне решить, что это одно гигантское стекло. Сделана эта условная веранда была из того же кирпича, что и сам дом. Только дом, словно ревнивый до индивидуальности брат-близнец нацепил шляпу в виде второго этажа и украсил себя сине-белой крышей. Взобравшись по лестнице к стеклянной тонированной двери дома, я вошел вслед за дядей, и внутри меня ждало восхищение.

– Как вы все это сделали за полгода? – восторгался я, окидывая взглядом прихожую.