Или кормить акул, или быть акулой

 – Зачем так утеплился?

– Утеплился? – хохотнул я. – Ты меня очень плохо знаешь. Я вообще почти не замерзаю никогда, и даже зимой хожу налегке.

– Значит, просто черное любишь?

– Да. Черные футболки – моя слабость.

Мы стали просачиваться через толпу гудящих абитуриентов и их родителей. Поначалу я пытался что-то бормотать в оправдание нашей наглости, но быстро понял, что никто не обращает на нас никакого внимания. Когда мы вошли в холл, то обнаружили, что людей здесь намного больше. Я стал оглядываться, прикидывая, кто мог бы помочь нам разузнать, где найти директора Медицинского Института.

Лица посетителей были настолько напряженными, а лица принимающих были настолько суровыми, что я глубоко вздохнул: придется опять разговаривать с необоснованной позиции виноватого. Арби как хвостик ходил за мной, и я все ждал, когда он начнет что-нибудь расспрашивать, дополнительно сбивая меня с толку и раздражая. Но он молчал. Я уже было поднес палец к плечу стоявшего передо мной мужчины из приемной комиссии, как вдруг выхватил образ, не похожий на другие в этом суетливом месте. Единственное лицо в помещении, не выражавшее стресса. Эта молодая женщина, скрестив руки на груди, шла очень быстро. Промелькнув в коридоре, она скрылась за стеной.

– Пойдем! – поторопил я Арби.

Мы трусцой взбежали по лестнице и направились за женщиной. Она почти бежала, и мне пришлось буквально ее догонять, а ситуация в моих глазах стала потихоньку терять целесообразность. Но я зашел слишком далеко, окликнув ее.

– Йиша[20 - Йиша! – «Сестра!» (чеч.), аналогично слову «ваша» используется по отношению к посторонним молодым женщинам, но к родной тете этим словом не обращаются.]! – позвал я.

Она обернулась, и я обрадовался, что на ее лице действительно нет теней раздражения или усталости. Она была взбудоражена и возбуждена, явно из-за чего-то переживая или чего-то боясь. Крупные подведенные карие глаза на красивом лице с некой опаской осматривали нас с Арби.

– Да? – отозвалась она с прислоненным к уху телефоном.

Мы с Арби нагнали ее.

– Извините, я не видел, что вы говорите по телефону.

– Ничего. Какой-то вопрос? – отвечала она с небольшой одышкой.

Она выглядела не старше тридцати. На ней был медицинский халат, а рыжие волосы накрывал платок. У нее были тонкие выразительные губы и очерченные скулы.

– Мы хотели узнать, где можно найти директора? Нам нужен директор…

– На втором этаже свернете направо, пройдете до упора, и потом налево.