Или кормить акул, или быть акулой

Вероятно уюта добавляла атмосфера миниатюрного городка, где всего хватает. Длиннющий пятиэтажный дом, в котором жил Арби, нависал над проезжей частью, а со стороны двора – по всей длине сорок третьего дома – стояло еще четыре здания. Три из них также были жилыми, а одно – крайнее, что располагалось ближе к Сунже – было медицинским центром. В самом сорок третьем доме на первом этаже последнего подъезда был продуктовый магазин, и я приглядел еще один позади медицинского центра. Тут были и банкоматы прямо посреди улицы, а, пройдя вдоль одного из домов, стоящих напротив дома Арби, можно было наткнуться как на палатки с фастфудом, так и на окошки с шаурмой.

Такие улицы меня привлекают больше, чем крупные известные достопримечательности. А жить здесь, вероятно, очень атмосферно. Я второй раз за утро поставил себе цель посетить подмеченное место в городе.

Провожая Арби, я договорился встретиться с ним вечером после ифтара.

– Давай сами дома сделаем разговение водой и финиками, а вот когда увидимся, тогда и наедимся, – предложил я.

– Я стараюсь сильно не наедаться, но заметано.

Когда Сулейман привез меня к дому ваши, я стал приглашать его зайти, но он отнекивался и только просил передать приветствие всем домашним.

Ваша сдержанно, но с интересом воспринял новость о том, что Сулейман будет тренировать меня в университетской футбольной команде. А вот новость о серьезном футбольном турнире удивила его сильнее.

– Неплохо-неплохо, только вряд ли вам будут платить, как футболистам, тогда и смысла этим заниматься нет, – говорил он.

– Да ладно тебе. Интересно же все равно. Амир, вроде как, тоже играет в футбол у себя…

– Да, в ГГНТУ у них секция есть, играют. Видимо, тоже будут участвовать. Глядишь – друг против друга еще попадетесь.

– Ну тут загадывать рано… а где он, кстати?

– Они с Селимой поехали в магазин.

– Понял, ваша, я пойду посплю немного. Разбудишь меня на намаз?

Сон во время поста – дозволенная и приятная мера, позволяющая не голодать большую часть времени.

Такая роскошь, конечно, была доступна не всем, ведь большинство людей занято либо домашними делами, либо работой. Дядя Висайт в месяц Рамадан всегда брал себе отпуск. Он вообще когда угодно мог себе его взять, потому что занимал на работе руководящую должность. Где и кем он работал меня никогда не интересовало, да и окружающие сами об этом не говорили, так что эта тема теряла для меня какой-либо интерес.