Космология монстров

Он обнажал нашу сущность: страх того, что вас не любят и никогда не будут любить; и боязнь, что внутри вас обнаружится нечто настолько гротескное, что мир мгновенно от вас отвернется».

    – Рэй Брэдбери

«Когда он лег спать, то увидел совершенно невероятный сон об огромных Циклопических городах из титанических блоков и о взметнувшихся до неба монолитах, источавших зеленую илистую жидкость и начиненных потаенным ужасом. Стены и колонны там были покрыты иероглифами, а снизу, с какой-то неопределенной точки звучал голос, который голосом не был; хаотическое ощущение, которое лишь силой воображения могло быть преобразовано в звук, и тем не менее Уилкокс попытался передать его почти непроизносимым сочетанием букв – «Ктулху фхтагн».

    – Г.Ф. Лавкрафт, «Зов Ктулху»

Часть первая

Картина в доме

1

В возрасте семи лет я начал собирать суицидальные записки своей старшей сестры Юнис. Они до сих пор хранятся в нижнем ящике моего стола, скрепленные черной скрепкой.

Эти записки – то немногое, что мне разрешили взять с собой, и я часто перечитывал их в последние месяцы, пытаясь отыскать в них утешение, мудрость или хотя бы намек на то, что я сделал правильный выбор ради всех нас.

В конце концов, узнав, что я собираю и храню ее послания, Юнис стала адресовать их лично мне. В одном из моих любимых она пишет: «Ной, счастливых финалов не бывает. Есть лишь удобные места для остановки».

Моя семья всегда тяготела к удивительно скверным концовкам. Мы не способны подходить к финалу с должным изяществом, но и выстраивать начало у нас тоже получается не очень. Например, до недавнего времени первую четверть этой истории я просто не знал, поэтому провел большую часть юности и молодости, как Джервас Дадли[1 - Джервас Дадли – главный герой рассказа «Склеп» (англ. The Tomb) Г.Ф. Лавкрафта.], разгуливавший вокруг запечатанных гробниц членов своей семьи.

Именно от такой душевной боли я хочу оградить вас – кем бы вы ни были. С этой целью я начну свой рассказ от самых отдаленных краев тени, нависшей над моей семьей, а именно – с истории собственной матери, высокой, светлокожей и рыжеволосой женщины по имени Маргарет Бирн, и событий осени 1968 года.

2

Моя мать, как и я сам, появилась у своих родителей довольно поздно. Но, в отличие от меня, ей повезло родиться в семье состоятельной.