Это ужасное поместье

По зрелом размышлении, впрочем, она решила, что совершенно необходимо только одно из трёх – и, покончив с этим, забарабанила в дверь Альманаха, чтобы он скорее проснулся и отправился вместе с ней на веранду…

– Что-что? – Выдернутый из сна, в котором он всё пытался написать Джошу письмо, но обнаружил, что напрочь забыл алфавит, мальчик, пошатываясь и протирая заспанные глаза, поплёлся вслед за Эттой по лестнице. – Зачем?

– Увидишь! – Она весело скакала перед ним в ночной рубашке, слишком гордая своей сообразительностью, чтобы снизойти до объяснений.

– Уф! – Босые ноги Альманаха приплясывали на холодном полу, что имело нежеланный, зато необходимый эффект: он наконец проснулся. – Лучше бы оно того стоило.

– Ах, какой ты очаровашка по утрам.

Веранда выглядела ровно так же, как накануне вечером, только теперь сияла солнечным светом. Случайные облачка украшали небо загадочными узорами, и солнце струилось через них волнами. Сады за окном казались роскошными и ухоженными, хотя и немножечко слишком осенними для этого времени года.

– И что ты хотела мне показать-то? – спросил он Этту, которая поджидала его у граммофона, приплясывая от нетерпения.

– «Поверни направо» – помнишь?

– Ну конечно, помню. – Он показал на обшитую панелями стену. – Но там библиотека просто не поместится…

– Смотри. – Этта потянулась к граммофону и повернула фетровый поворотный диск направо.

В стене рядом с камином щёлкнул потайной механизм. Целая панель отъехала в сторону, демонстрируя глубокий альков.

Этта захлопала в ладоши:

– Я так и знала!

Альманах потрясённо уставился на альков, окончательно проснувшись и напрочь позабыв о холоде.

– И правда! Здорово сообразила! Нет, давай ты вперёд.

Улыбаясь во весь рот, Этта первой вошла в библиотеку – комнату примерно того же размера, что и её спальня наверху. Только тут все стены, с пола до потолка, выкрашенного синим и белым в подражание облачному небу, были заняты полками, а каждая полка – до отказа набита книжками всевозможных цветов, размеров и форм.

Этта зажала нос, чтобы не чихнуть, и повернулась вокруг, осматриваясь.

– Великолепно!

– Это всё книги по магии? – заворожённо спросил Альманах. – А на вид от обычных не отличишь.

– С какой бы стати им отличаться? Буквы – это буквы, книги – это книги.