Это ужасное поместье

Альманах с разбега затормозил перед ней, уже открывая рот, чтобы спросить, в чём дело, как вдруг осёкся: девица выставила прямо перед собой острую шпильку.

– Это ты? – спросила она, тыча ему в лицо шпилькой так угрожающе, точно это был по меньшей мере меч.

– Ч-ч-что – я?

Альманах испуганно отшатнулся. Он не привык иметь дела с девчонками, да ещё незнакомыми, да ещё нервными.

– Ты на меня напал?

– Н-напал?

– Говори полными предложениями!

– Я пытаюсь… э-э-э… – Он снова увернулся от плясавшей у него перед лицом смертоносной шпильки.

Надменный тон девочки мгновенно поставил его на место. – Я Альманах, младший лакей, ну то есть помощник младшего лакея. А вы госпожа… юная госпожа?

– Зачем ты напал на меня, если даже не знаешь, кто я?

– Я бы никогда… то есть это не я… то есть, пожалуйста, опустите эту штуку, а? А то я её боюсь!

Девица чуть смягчилась и оглянулась вокруг, выискивая нового врага.

– Ну, если на меня напал не ты, тогда кто?

– Не знаю. Вы ранены?

Девочка посмотрела вниз, на себя, словно впервые сама задалась тем же вопросом.

– Я… кажется, нет. Но это ничего не меняет. На меня кто-то напал, да ещё и с помощью магии, клянусь любимой перьевой ручкой Софии Фронезис! Уж я-то узнаю магию где угодно!

– Магии? – Альманах уставился на неё, вытаращив глаза. Он знал, что в мире существует магия и что люди поудачливее его обладают способностями к ней и учатся её применять, но никогда с ней не сталкивался, если не считать дешёвого заклинания, чтобы крыша не протекала, которое каждую зиму выводили на крыше приюта.

Сироты со способностями к магии надолго в приюте не задерживались.

Однако даже он слыхал о Софии Фронезис, самой знаменитой и таинственной волшебнице в мире, придворной магической советнице и опаснейшей противнице врагов трона.

– О да! Тётя Од – наша деревенская ведунья. В прошлом году она взяла в ученицы мою седьмую сестру. Теперь каждый раз, как Катти приходит домой, я от неё чувствую запах чернил.

Она замолчала и потом поправилась:

– Чувствовала. Чувствовала запах. Когда она приходила домой.

По манерам девочки и её причастности к магии Альманах принял было её за юную госпожу особняка. Но теперь передумал. Судя по виду, она была так же растерянна, как и он.

– Ты кто?

– Этта Джейкобс. Новая горничная.

Глава 3

Беспросвета Джейкобс, известная всем, кроме её матушки, как Этта, была младшей из двенадцати дочерей.