Вся правда о её муже

А что еще оставалось думать? Это они ей сказали, они! – «Роман Алексеевич Финский, муж ваш, Катерина, покончил с собой». Сам, значит, своими ручонками надел на шею петлю, собственными намерениями прыгнул с институтской табуретки. По телефону они ей сообщили. Можно подумать, подождать не могли, поступить по-человечески, приехать, посмотреть в лицо и сказать. Ссыклом оказался товарищ старший лейтенант полиции и его опер не лучше.

Покончил с собой. Самоубийца, слабак! И все это на нее упало бодрым голосом из телефонной трубки.

Обидно. Ну, ничего, пережила, не повесилась, а он – да. Как смог так поступить с ней?

Табуретка была без одной ножки, улеглась на рыжий лакированный паркет. Рядом размазалось пятно света в форме вытянутого окна с форточкой. Других деталей не было, ничего для воображения не оставили. Это фото из отчета с места самоубийства. Все кадры строго для внутреннего пользования, но жене, скрипя зубами, показали, сама настояла, не могла поверить, что муж повесился. Были еще фотографии, Катя не хотела их смотреть, но глаза сами вцепились в монитор.

Карусель крутилась. Сначала пустая комната с разных ракурсов, обои в мелкую рябь, высокое окно без штор и жалюзи, в углу вентилятор на ноге, в кадре застряло, как он разгоняет воздух. Проверила свою догадку – да, все верно, пачканный провод от него оканчивается в розетке, сосет электричество. Дальше с разных ракурсов разложенный диван и у изголовья плед или тряпка, скорее все-таки плед. Не кабинет, это понятно сразу, и не лаборатория. Может, они там отдыхают, ночуют, когда работа идет особенно хорошо?

С помещением на этом покончено, едем дальше. Вместо люстры сверху вниз змеей тянется витая веревка. Крепко впилась в потолочный крючок надежным морским узлом. Это она убила моего мужа, вдруг поняла Катя. Та самая веревка, со стены его кабинета, намек на мореходство. Катя сразу ее узнала, это подарок Ричарда на их свадьбу. Артем желал им путешествий, хотел, чтобы его Катя не сидела дома, чтобы мир посмотрела.

Он, Артем, показал бы ей какой круглый земной шар, а Ромка он другой. С ним она зависла в плоскости Москвы. Весь их мир замкнулся в три кольца – не разгуляешься.

Подарок лучшего друга муж решил забрать на работу. Он это сразу после свадьбы придумал. Повесил у себя в кабинете, любовался, наверное, мечтал, как поплывет с женой, как будут обниматься, дышать соленым ветром. «Титаник» он любил, только с Катей пересматривал четыре раза.