Мельницы богов

У нее не хватило духу признаться, что она знала о вечеринке еще две недели назад. Мэри обожала Эдварда. И почему нет? Какая женщина не обожала бы его? Он привлекателен, умен и заботлив. Его дед и отец тоже были врачами, и ему в голову не пришло стать кем-то еще. Он считался лучшим хирургом в Канзас-сити, хорошим отцом и прекрасным мужем.

Задувая свечи на именинном торте, она взглянула на Эдварда и подумала, что на свете нет женщины счастливее.

В понедельник утром Мэри проснулась с тяжелой головой. Слишком много было шампанского прошлым вечером… а она не привыкла к алкоголю.

Она с трудом поднялась с постели, обещая себе никогда больше не пить так много.

Спустившись вниз, Мэри стала готовить завтрак для детей, морщась от болезненной пульсации в висках.

– Шампанское, – простонала она. – Это месть французов нам, несчастным.

В комнату вошла Бет с охапкой книг.

– С кем ты разговариваешь, мама?

– С собой.

– Странно.

– Ты права, – согласилась Мэри, ставя на стол коробку с хлопьями.

 – Смотри. Я купила для тебя новые хлопья.

Бет уселась за кухонный стол и принялась изучать этикетку на коробке.

– Это я есть не могу. Ты хочешь меня убить!

– Не провоцируй меня, – предупредила мать. – Ты будешь завтракать?

Десятилетний Тим вбежал в кухню, плюхнулся на стул и объявил:

– Я буду бекон и яйца.

– А что случилось с «добрым утром»? – поинтересовалась Мэри.

– Доброе утро. Я буду бекон и яйца.

– Пожалуйста.

– Ой, мама, брось! Я опаздываю в школу.

– Рада, что ты упомянул об этом.

Мне звонила миссис Рейнольдс. Ты отстаешь по математике. Что скажешь?

– Не удивляюсь.

– Тим, это ты так шутишь?

– Лично мне это забавным не кажется, – фыркнула Бет.

Тим состроил рожицу.

– Хочешь посмеяться? Посмотрись в зеркало!

– Довольно, – прикрикнула Мэри. – Ведите себя прилично.

Головная боль усилилась.

– Мам, можно, я после школы пойду на каток? – спросил Тим.

– Ты уже и так катишься по тонкому льду. Так что изволь вернуться домой и сесть за уроки.

Как, по-твоему, будет выглядеть университетский преподаватель, сын которого отстает по математике?

– Нормально будет выглядеть. Ты не преподаешь математику.

«А еще говорят о кошмарных двухлетках, – мрачно подумала Мэри. – Как насчет кошмарных девятилеток, десятилеток, одиннадцати- и двенадцатилеток?»

– А Тим сказал, что получил «D» за орфографию[4 - В американских школах принята буквенная система оценок, где «A» – высший, а «F» – низший балл.